Книга Мазыйка. Приговорённый город, страница 137 – Алёна Моденская

Этот развернул Антона, прижал его к себе, приставил нож к горлу.

— Прирежу, как свинью! — прокричал Этот.

Чекисты замедлись.

— Дайте мне уйти! — снова прокричал Этот, пятясь к парапету и таща Антона за собой. — Или я спрыгну и его скину!

Новиков выставил ладони и попросил чекистов:

— Стойте! Пусть уходит.

Парни Игнатьева нерешительно переглядывались.

— Машину! Мне нужна машина! — рявкнул Этот.

Новиков поднялся на слабые ноги, которые его почти не держали. Спотыкаясь, вывалился на дорогу, упал перед какой-то машиной. Ему просигналили, но тут подбежали чекисты, выволокли водителя и тоже попятились.

Этот отошёл от края моста и, таща Антона за собой, направился к машине. Запихнул в салон Антона, потом залез сам. Причём Антона посадил за руль.

Хлопнули двери, завёлся мотор. Машина, рассекая острыми лучами фар ночную мглу, медленно поехала по мосту. В ярком свете мелькнул лежащий у парапета Игнатьев.

Новиков уныло смотрел, как машина удалялась. Пытался молиться, чтобы Антон выжил. Кто-то подбежал к Игнатьеву, да и самого Новикова тянули вверх, пытаясь поднять на ноги. Но суставы подгибались, и Новиков снова и снова оседал на дорогу.

И вдруг машина перестала удалятся. Что-то хлопнуло, автомобиль замер.

Открылась дверь, оттуда вывалился Антон и помчал назад.

Новиков, не чувствуя ни боли, ни вообще своего тела, вскочил и побежал навстречу. Как в замедленном воспроизведении, видел, как Антон во всю прыть бежал по мосту, отсвечивая развевающимися лоскутами порванной рубашки. Но за его спиной открылась вторая дверь машины. Вылез Этот, вытянул руку.

Новиков изо всех сил рванул к Антону, схватил его за пояс и развернул, чтобы он по инерции пролетел дальше и упал. Но самого Новикова тоже развернуло. Он оказался спиной к Этому, и раздался выстрел. Конечно же, у диверсанта был ещё один пистолет.

Где-то зычно прокричали про «брать живьём».

По инерции Новиков пролетел ещё несколько метров, его бросило к ограждению моста и перекинуло. Он попытался зацепиться хоть за что-то, но не вышло — парапет выскользнул, руки поймали пустоту, появилась тяжесть в желуде. Падение — и очередной плюх в воду.

Однако на счастье оказалось неглубоко — Новиков быстро достал до дна и оттолкнулся. Сделала пару гребков руками и выплыл на поверхность. Отплевался, проморгался.

Вроде же ночь была. Но нет — теперь он плавал посреди реки летним вечером. Вода прохладная, река широкой дорогой уходила за горизонт, сливаясь с темнеющим небом. Заходящее солнце оставляло на воде яркую дорожку.

Новиков барахтался прямо посредине речки, и больше не доставал до дна. Раздался громкий плеск. Новиков кое-как обернулся и увидел уже знакомый пароход с колесом. Он двигался плавно, шлёпая лопастями по воде. В разные стороны расходились волны, и скоро Новикова здорово качнуло.

А дна-то под ногами нет. Новиков испугался, что его сейчас захлестнёт, и он просто утонет. Пароход почти проплыл мимо, однако вдруг с кормы пролетело какое-то тёмное колесо. Упало в воду рядом с Новиковым, и оказалось, что это ему бросили спасательный круг.

Правда, не надувной, а какой-то плоский и твёрдый. Новиков не видел, кто именно толпился на корме парохода, там лишь перемещались тёмные фигуры.

Помотал головой. Нет, до обоих берегов далеко, плюс оба они густо заросли ивами и камышами, ни одного приличного песчаного выхода в поле зрения не было. С трудом удерживаясь на воде, кое как получилось ухватиться за спасательный круг.