Книга Мазыйка. Приговорённый город, страница 86 – Алёна Моденская

— Ничего я не обещал. Просто они — хорошие, приличные люди.

— Приличные люди, — тихо повторил Новиков. — Папаша их тоже был хорошим человеком?

— Нет, не был, — жёстко произнёс Антон. — Вот ты меня ругал за… ладно. А я по сравнению с этим Кравчуком — так, детсадовец. У него баб столько было, что… — Тут Антон только закатил глаза и снова махнул ложкой. — И руку на них поднимал.

— Серьёзно?

— Мне Эмма рассказала. Даже шрам показала на голове. Это он её с лестницы столкнул, а врачам потом сказал, что сама упала. А знаешь, сколько раз её мать так падала?

— Н-да, дела, — выдохнул Новиков. — А почему они не развелись?

— Сейчас же не то время, — повёл бровями Антон. — Нельзя разводиться, да и не дадут.

— За побои его бы ещё и с должности сняли, — произнёс Новиков и тут же осёкся.

В том-то, видимо, и дело. Кравчук, похоже, был домашним тираном и, как модно говорить в будущем, абьюзером. Но в жизни бы не развёлся, потому что за развод в это время могли попереть с хорошего места. Да и жена не пикнет, потому что стоит ей начать процесс или хотя бы разговоры, то она сразу же лишится содержания. Потому что Кравчук хотя и был жестоким, но жену с дочкой обеспечивал. Правда, происхождение этих материальных благ не было законным. И скорее всего, Эмма с мамашей всё же были в курсе его делишек.

Зато теперь стало понятно, с чего это они ни капли не печалились из-за его гибели. Вроде и тиран почил, и они ни при чём. А если ещё и какую-нибудь его секретную банку с деньгами перепрятали, то даже в выигрыше остались.

— Слушай, а что там у Эммы с учителем Лёней? — как бы невзначай спросил Новиков. — Я слышал, у них был роман.

— Не было, — уверенно покачал головой Антон. — То есть, он вроде за ней бегал, а она его бортонула.

Вот это поворот. Только получишь ответ на один вопрос, как возникает ещё два или три.

— Погоди-ка, — задумчиво произнёс Новиков. — Если она его отшила, то почему он снимает у них комнату? То есть, в новом доме?

— А что тут такого? — просто спросил Антон.

— Ты бы стал жить в доме у девушки, которая тебя продинамила? — прямо спросил Новиков.

— Э… — Антон наморщил лоб. Потом медленно проговорил: — Наверное, нет. Но тут особо выбирать не из чего. Куда ему податься-то? В общагу? На кой, если можно жить в комфорте. А им деньги сейчас не помешают.

Новиков продумал всю цепочку аргументов, которые привёл Антон. Вроде бы логично. С другой стороны, что-то тут всё равно не клеилось.

— Может, он всё ещё на что-то надеется? — предположил Новиков. — Если живёшь с девушкой в одной квартире, поневоле с ней сблизишься. Можно ещё и мамашу в свою пользу настроить.

Настала очередь Антона задуматься. Потом он недовольно фыркнул.

— Слушай, ты бы всё-таки поосторожнее, — рискнул понудить Новиков. — Нам же потом возвращаться.

— Может, нет?

— А если да? — пожалуй, чересчур резковато произнёс Новиков, которому претила мысль остаться в этом времени. Здесь хорошо, но у него жена с дочкой на семьдесят лет тому вперёд.

Антон молча доедал гречку, глядя в тарелку.

— Слушай, — примирительно сказал Новиков. — Я не лезу ни в твою душу, ни в твою жизнь. Но сам посуди: вот сблизишься ты с Эммой. А потом придёт скелет Вася и закинет нас обратно в наше время. И что? Бросишь девушку? А вдруг она к тому времени забеременеет?