Книга Мещёра, страница 15 – Алёна Моденская

— Так вот, — выдержав паузу, заговорила хозяйка. — Эта грамота была передана потомкам Еремея, жившим в этих местах. Они её оставили своим детям, и так далее. Сама грамота, конечно, не сохранилась, но её примерное содержание всё же дошло до наших дней.

Снова повисла пауза. Никто из ребят не демонстрировал интереса к рассказу.

— Погодите, вы хотите сказать…? — начала догадываться Ника.

— Да, я являюсь прямым потомком Виринеи, — заявила Бэлла Геннадьевна, подчёркивая свою гордость актёрскими интонациями.

— Откуда у неё потомки, если она умерла в остроге? — спросил Гордей. Скатав шарик из фантика, он щёлкнул по нему, заставив перелететь почти весь стол и упасть в розетку с вареньем.

— Они родились раньше, — сухо и хлёстко произнесла Бэлла Геннадьевна. Но через секунду вернула загадочный тон: — А Еремей, узнав о смерти дочери, сам сдался властям. Но, сколько у него ни выпытывали, где урочище, он так ничего и не выдал. Но когда его привели к месту казни, огромному дубу на Гиблых болотах, он за миг до смерти проклял и свои сокровища, и тех, кто выдал его дочь, и вообще все эти места. А был он колдун сильный. Так что проклятие действует и по сей день.

— И как оно действует? — спросила Женя, подперев кулаком щёку и тоже щёлкая по шарикам из фантиков.

— Во-первых, сокровища до сих пор не найдены. Больше того, те, кто к ним хоть немного приближался, погибали при странных обстоятельствах. Ну, а наши места, — Бэлла Геннадьевна грустно вздохнула. — Что ж, стоит просто посмотреть на них — разруха и запустение. А ещё говорят, что из мести за дочь Еремей проклял всех здешних детей. Поэтому ребятам тут никогда не разрешают гулять одним, особенно в лесу и на Гиблых болотах. Пропадают. Просто уходят и не возвращаются. Говорят, их уводит Еремей.

— Я не поняла, — встряла Стася, — так кто сдал Виринею?

— Жених. Что непонятного? — грубовато сказала Женя.

— Он, кстати, после этого тоже погиб, — кивнула Бэлла Геннадьевна. — По легенде, через девять дней после казни к нему явилась Виринея в свадебном платье и увела за собой. Нашли его утром у порога той самой церкви, где они должны были обвенчаться. И в теле совсем не было крови.

— Но если всё здесь проклято… — Ника даже заёрзала на стуле, хотя эту легенду слышала уже сотню раз. — Вы не боитесь?

— Чего я должна бояться? — удивлённо спросила хозяйка.

— Ну, что кто-то из туристов… — Ника покрутила рукой в воздухе. — Что что-то случится.

— Ах, да полно-те. — Бэлла Геннадьевна качнула головой, длинные серьги звякнули. — Ведь это всего лишь легенды. Я сама жила здесь много лет, и со мной ничего не случилось. А по поводу того, что деревня почти вымерла — так они все сейчас не в лучшем состоянии. И вот это я попытаюсь изменить. Но если вы боитесь идти одни, я могу быть вашим проводником.

— Нет, спасибо. Мы сами. — Гордей попытался сказать это дружелюбно, но из-за усталости, или по какой другой причине, вышло резковато.

— Ну что ж. Сами так сами. — У Бэллы Геннадьевны тоже получилось сухо. — Тогда, пожалуй, пора спать. Да, по поводу двух направлений всё в силе? — Таинственность уступила место деловитости.

— Угу, — кивнул Гордей.

— В смысле — два направления? — вскинулась Стася.

— Да ты программу-то знаешь? — раздражённо спросила Женя.