Книга Ойме, страница 44 – Алёна Моденская

Повезло — когда она пришла, было без четверти семь. Клиентки ещё даже не появились. Мазычей и Марты тоже не было, поэтому Лёка решила пока перекусить круассанами с кухни. Хорошо, что хозяйка разрешала персоналу покупать выпечку по себестоимости.

— Вкусно? — покосилась на неё Наталья, листавшая какую-то потрёпанную книжку.

— Ефё как! — похвалила Лёка. — Наверное, даже во Франции таких не делают.

— А ты там была? — снисходительно спросила Тина, проходя мимо.

— Нет, но уверена, что такие круассаны только у нас. — Лёка взяла второй. Первый был с клубничным джемом, второй — с шоколадом. А тесто мягкое и воздушное, будто сделано из тоненьких шёлковых листиков. И такой аромат, что от одного вида и запаха слюна сама собой выделалась.

— Фто это у вас? — спросила Лёка, кивая на книжку в руках кондитерши.

— Рецепты. — Наталья показала обложку, но Лёка ничего не разобрала — все буквы стёрлись. — Марта сказала найти старые рецепты выпечки. Говорят, праздник какой-то намечается, вот она и велела меню придумать. Смотри-ка.

Наталья наклонилась, чтобы заглянуть за угол. Лёка тоже подалась вперёд. Дверь в кладовую была приоткрыта, так что стало видно Тину, разговаривающую по телефону. Она кокетливо улыбалась, пальчиком водя по стене. Потом запрокинула голову и захохотала. Ещё несколько слов, а потом, держа телефон у губ, послала кому-то поцелуи.

Лёка выпрямилась и нашла глазами Августа, который шинковал салаты.

— Вот-вот, — кивнула Наталья.

Так значит, уже не только Лёка заметила отвратительное поведение Тины. Видимо, в курсе уже все. Или почти все. Кроме Августа.

В кухню вошла Тина, обняла Августа со спины и стала что-то шептать ему на ухо. Наталья, глядя на эту сцену, беззвучно сплюнула и вернулась к своим рецептам.

А Лёке было обидно. Тина же его обманывает. А окружающие знают, но молчат. Потому что нечего лезть в чужую личную жизнь. Но ведь мерзость же.

— Ты уже здесь? — раздался над ухом голос Марты. Лёка вздрогнула, а Тина только обернулась, надменно улыбнулась и стала дальше виснуть на Августе. Марта равнодушно глянула на них и подтолкнула Лёку в плечо. — Пошли.

Мазычи уже ждали в кабинете хозяйки. Всё как обычно — Лариса что-то плетёт в углу, Квиле попивает кофе, сидя за столом, Яна улыбается в триста тридцать три зуба.

— Можно я в своём останусь? — спросила Лёка, отступив на шаг, когда к ней двинулась Яна.

— Можно, — согласилась ведьма. — Только давай я тебя накрашу. Хотя ты могла бы и сама догадаться.

— Не умею, — буркнула Лёка, подставляя лицо под её кисти и губочки.

— Очень зря. Женщина должна уметь пустить пыль в глаза.

Лёка вспомнила наглую Тину, обманывающую Августа. И соседа-спонсора, меняющего содержанок, как заставки на телефоне. Стало противно.

Когда Яна закончила с макияжем, Лёка спохватилась и достала карты из рюкзака.

— Это, кажется, ваши. — Она положила колоду на стол. — Я, наверное, случайно их в прошлый раз забрала.

— Оставь себе. — Квиле сидел, держа чашку у лица и закрыв глаза. — Пригодятся.

— Это таро? — спросила Лёка. Ей одновременно хотелось избавиться от колоды и вытянуть какую-нибудь карту.

— Нет. Но похоже. Эти карты сделала одна иностранка, которую веке в пятнадцатом занесло в нашу глушь. Она бежала от инквизиции.

— Ваша прапра… э…