Книга Ойме, страница 92 – Алёна Моденская

— Здрасьте, — буркнула Лёка, проходя мимо нового соседа, который так и топтался у подъезда.

— Вроде виделись, — улыбнулся парень.

Лёка, не оглядываясь на него, чтобы снова случайно чего не отчебучить, перелезла через забор. Тётя Тамара всё примерялась к стремянке.

— Давайте помогу. — Лёка встала рядом с соседкой. — Что вы затеяли-то?

— Да вот кормушку хочу повесить. — Тётя Тамара показала деревянную кормушку на верёвочках.

— Вы же уже поставили несколько. — Лёка обернулась и нашла взглядом стоявшее на старом пне блюдце с приделанной чашкой на боку, куда тётя Тамара насыпа́ла птицам семечки.

— Не все так низко подлетают.

— Ладно, давайте я полезу. — Лёка вдохнула поглубже, проверила, как стояла лестница, и взялась за перекладину.

— Я подержу, — сказал мужской голос. Оказывается, новый сосед тоже подошёл и взялся двумя руками за стремянку. Не шлёпнуться бы прямо на него.

Лёка полезла вверх по слегка шатающейся лестнице.

— Как вас зовут? — тётя Тамара, похоже, выбрала самый удачный момент для знакомства с новым соседом.

— Арсений, — сказал мужской голос где-то внизу сбоку. — А вас?

— Тамара Игоревна. А это… э… всё не могу взять в толк, как её зовут.

— Лёка меня зовут!

— Необычно, — произнёс Арсений.

— А она вся необычная, — выдала тётя Тамара. — Кстати, живёт прямо под вами. Чем занимаетесь, Арсений?

— Я пряничник.

— Это как-от?

— Знаете «Растяпинские пряники»? Это ещё моих родителей завод. Я теперь там коммерческим директором. Вот, заработал на квартиру, решил отдельно пожить.

— Жена, дети? — продолжала допрашивать тётя Тамара, пока Лёка ползла к толстой ветке и отчаянно пыталась не слететь вниз.

— Нет, один буду жить.

— Так ты что, из этих, что ли? — подозрительно спросила тётя Тамара.

— Нет, просто не обзавёлся пока.

— Ну, какие твои годы. Лёнька вон тоже в девках ещё.

— Кто? — переспросил Арсений.

— А вон, на верхотуре-то. Ты там как?! — От трубного голоса соседки у Лёки руки чуть не соскользнули.

— Нормально, — проскрипела Лёка, наконец добравшись до нужной ветки. — Давайте свою кормушку.

Пока Арсений упирался в стремянку, не давая ей опрокинуться, Лёка свесилась вниз, а тётя Тамара подпрыгнула, чтобы отдать кормушку. Хорошо, что верёвки были длинными и завязались легко. И спуститься обратно оказалось значительно проще, чем залезть «на верхотуру».

К тому же, Арсений подал Лёке руку. И зря, потому что она так разволновалась, что аж в глазах потемнело. Ей же никто раньше руку не подавал. Ну и спустилась аккурат на красивые начищенные соседские ботинки.

— Ой, простите!

— Да ничего, — поморщился Арсений, переминаясь с ноги на ногу. Видимо, чтобы отвлечься, он спросил: — Вы повар?

— Я? Нет, хотя работаю в кафе. А почему вы спросили?

— Запахи от вас идут фантастические. Жареная картошка, шоколад. Сами делаете, да?

— Угу, — коротко кивнула Лёка, отводя взгляд. Ну не умеет она комплименты принимать.

— А я сегодня позавтракать не успел. А тут такие ароматы, — улыбнулся Арсений. — А кем вы работаете?

— Буфетчицей-баристой. В «Ойме». — Лёка смотрела, как тётя Тамара убирала лестницу в подвал.

— А, знаю. Хорошее кафе. Говорят, кофе там великолепный. Хотя сам никак не дойду попробовать.

— Приходите. — Почему-то в нужный момент ничего путного на ум не идёт.