Книга Покров, страница 19 – Алёна Моденская

— И что было дальше? – Василиса ещё и специально придавала тону бодрости, хотя её собеседник практически выдавливал из себя слова.

— Там уже жила сестра матери с мужем. Они, конечно, меня пустили, мы с её мужем даже выпивали вместе. А потом я очнулся в больнице. Оказалось, он мне что-то подмешал, потом…

— Что? – жадно спросила Василиса, чувствуя, что заходит слишком далеко.

— Тело в мешок, концы в воду. Монахи рыбу ловили, выловили и меня в пакете для мусора. Как выжил – непонятно. Говорят, что я в тот момент уже мёртвый был. – Лицо монаха стало восковым.

— А как вы оказались живым?

— А меня старец Фома выловил, – отец Павел немного оживился. – Он помолился – я и задышал. Потом ещё в больницу ко мне приходил. Я как выписался, так сразу в монастырь и пошёл. Больше-то некуда. Я был, что называется, трудный подросток. Кражи, драки, побеги. В интернате, наверное, праздник устроили, когда я ушёл.

— Так их даже не посадили? – Отец Павел Василисе не нравился, но жгучее желание расправиться с его подлецами-родственниками появилось сразу же.

— Нет, – покачал головой монах. – Я не стал заявление писать.

— Почему?

— Зачем? – Священник смотрел вдаль.

— Для справедливости.

— Да что мы знаем о справедливости. – Отец Павел замолчал, глядя прямо перед собой.

Лес наконец-то стал потихоньку редеть, вдали показались разноцветные крыши домиков посёлка.

— Ты, правда, видела кролика? – вдруг спросил отец Павел.

— Да, даже два раза, – как бы невзначай сказала Василиса. – Первый раз – в посёлке. А что такого? Лес рядом.

— Здесь давно уже никакой живности нет, – пробубнил священник.

Василиса хотела пойти вперёд по дороге, чтобы самостоятельно добраться до таунхаусов, но отец Павел её остановил.

— Твоей мамы сейчас нет дома. Пойдём пока ко мне.

— А где мама?

— Э… как придём, ты ей позвони, она за тобой заедет.

— Это что, из-за Даши?

— Какой Даши? – непонимающе спросил отец Павел.

— Даша, моя одноклассница, в больнице. Руку поранила и получила заражение.

— Да? – отец Павел чуть притормозил и окинул взглядом Василису. Она не сразу вспомнила, что её собственные руки и лицо были покрыты ссадинами. – Ладно, у меня аптечка есть.

Они обошли обшарпанную церковь и оказались у маленького дворика, огороженного шатким деревянным заборчиком, выкрашенным в зеленоватый цвет, под стать покосившемуся домишке.

— Прошу. – Отец Павел открыл калитку и пропустил Василису вперёд.

Сделав пару шагов по ухоженному садику, Василиса заметила, что заборчик огораживал участок только с трёх сторон, а с четвёртой находилось небольшое строеньице, вроде сарая, только явно новее и с крестиком на крыше.

— А что это там? – спросила Василиса, кивнув на домик.

— Это домовая церковь, братия построила.

— Как это – домовая? – Василиса, вспомнив наказ Дианы насчёт свечек, остановилась.

— Ну, она находится в помещении при доме, а не в специально построенном здании. Большую-то церковь ещё не отреставрировали.

— А можно посмотреть?

— Можно, – пожал плечами отец Павел. – Только, может, сначала чаю попьём и твои ссадины обработаем?

— Нет, я церковь хочу посмотреть. – Василиса зашагала к храмику прямо через грядки огорода священника.

За дверью домика с крестом находились малюсенькие сени с вешалкой для одежды и ящиком с горками жёлтых свечей. Глянув на ценники, Василиса достала из кармана мелочь, бросила в коробку со щелью на крышке и взяла три тонкие свечки из одной кучки.