Книга Покров, страница 4 – Алёна Моденская

— Готовься к жизни трудовой – учись, изобретай и строй! – Гаврил свободной рукой отсалютовал, как пионер. Потом шёпотом сказал Василисе: – Я хочу стать нейробиологом, изучать мозг.

— Вот и потрудись. Книги там, в приёмке. Если что – я у папы. – Наталья Львовна поправила толстенную косу, уложенную в баранку вокруг головы, и по-королевски поплыла вон из зала.

— Могла бы сказать «в администрации». Ладно, идём, – вздохнул Гаврил и направился к лестнице. Василиса, оставив свой веник в углу, пошла следом.

Они поднялись по крутой кованой лестнице, прошли через музыкальный зал с блестящим пианино и целым инструментальным оркестром за сценой и оказались в библиотеке.

Посреди просторного помещения, заполненного стеллажами, стоял стол приёмки-сдачи литературы, на котором возвышалось несколько стопок новеньких, пахнущих типографской краской, книг.

— Почему лестница не оборудована пандусом для маломобильных? – спросила Василиса, включив свет.

— Вот и мне интересно, – пробормотал Гаврил, поставив свою шкатулку с мозгом на стол под лампу. – Надо маме сказать. Хотя лестница-то узкая, там пандусом не обойдёшься, это подъёмник нужно. А это деньги. А это – к папе. А он вряд ли согласится.

— Почему? – Василиса уселась на стул и запустила новенький компьютер.

— Деньги на деревьях не растут. Так он говорит. Ну, поехали?

Гаврил вслух называл авторов, заголовки, и остальные реквизиты, попутно рассказывая о строении мозга, чем постоянно сбивал Василису, заполнявшую таблицу. Если бы он не отвлекался, они управились бы втрое быстрее.

— А между полушариями – мозолистое тело. – Гаврил вместо очередной книжки снова взял свою шкатулку и любовно поглаживал мозг подушечками пальцев.

— Где ты его нашёл? – спросила Василиса, жмурясь от напряжения глаз.

— В прошлые выходные в Нижний ездил, там на Покровке развальчик со всяким старьём. Иду, смотрю, а там у одного барыги – это. – Последнее слово Гаврил почти пропел. – Не смог удержаться. Кстати, недорого. В эти выходные опять поеду.

Подождав, пока рассосался вихрь чёрных точек перед глазами, Василиса посмотрела на время. Шёл седьмой час.

— Слушай, можешь меня выручить?

— А что такое? – Гаврил улыбался своему новому другу в шкатулке.

— Мне срочно надо идти. Прикроешь, а? – Василиса просительно улыбнулась, но деревянный мозг интересовал Гаврила явно больше.

— А куда, если не секрет?

— Да мы с девчонками договорились. Меня Диана к шести пригласила. Поможешь?

Улыбка сползла с лица Гаврила. С громким щелчком захлопнув свою ненаглядную шкатулку, он спрыгнул со стола, на котором сидел, и подтолкнул Василису в плечо, как бы сбрасывая со стула.

— Ладно, иди. Я тут закончу.

— Правда?

— Правда, правда. Иди давай. – Гаврил почти выдернул стул из-под Василисы.

— Спасибо!

— Угу. – Гаврил сел на освободившееся место и уставился в монитор.

Выбегая из библиотеки, Василиса обернулась, чтобы увидеть, как Гаврил, одной рукой придерживая открытую книжку, вносил данные в таблицу. Против света его почти белые волосы, забранные на затылке в узелок, казались совсем тёмными.

Василиса одним прыжком перелетела через крыльцо и лесенку музея и бегом припустила по Новой улице. Сразу за этой улицей находился спуск к Васильевскому ручью, притоку Чёрной речки, давшей название всей местности. От каждого особняка вниз спускались деревянные лесенки, соединявшиеся в дощатую набережную, бегущую вдоль всего ручья. Сейчас, на закате, по дорожкам прогуливались жители посёлка – дети с игрушками, пожилые женщины в разноцветных платьях и парочки, держащиеся за руки.