Книга Покров 4. Ключ, страница 93 – Алёна Моденская

Успенский мост – всё, что осталось от Успенской пустыни. Его не смогли разрушить ни большевики, ни фашистская авиация, ни даже время. Откуда эта информация взялась в голове Василисы?

Да какая разница, сейчас не до этого.

— Ты знаешь, что успение – это смерть? – вдруг спросил Гаврил. – Просто христианство воспринимает смерть как сон.

— Ты это к чему? – медленно спросила Василиса.

— Не знаю, просто почему-то об этом подумал. Зоя же как будто спит.

Опять Зоя. Василиса с силой выдернула руку. Хотя тактильно ощущать Гаврила рядом было приятно и даже как будто надёжно. Но у него одна Зоя на уме.

— Я поэтому так хочу туда попасть, – проговорил Гаврил. – Мне кажется, всё это связано. Успение, сны.

— Смерть, – проговорила Василиса, глядя на прикрытый деревьями горизонт. – Кстати, ты знаешь, там где-то есть источник с живой водой. В Успенской-то пустыни. Жизнь и смерть.

— Серьёзно? – оживился Гаврил. – Откуда ты знаешь?

Василиса только покачала головой. Она сама об этом слышала всего один раз, и от Коли, которого не надо сюда впутывать. А если это просто слухи? Но почему-то казалось, что нет, и ключ с живой водой действительно существует.

— Но это же всё меняет, – с энтузиазмом говорил Гаврил. – Если действительно есть живая вода, то надо просто принести её Зое, и всё! И проблема решится.

— Тебе не надоело решать чужие проблемы? – устало спросила Василиса. – Своих мало?

— По сравнению с Зоей, у меня вообще нет проблем, – сухо ответил Гаврил.

— Ну да. Тебе и баллов ЕГЭ хватает для поступления в любой вуз страны, и работа перспективная, и в семье всё прекрасно.

— Ты сейчас о чём? – повернулся к Василисе Гаврил.

— Я сейчас о том, что перед тем, как спасать других, надо самому найти надёжную опору. А то сгинете вместе, и всё.

Гаврил отвернулся и шёл молча. Кажется, Василиса задела какие-то болезненные точки в его душе, но думать об этом сейчас не хотелось. Похоже, они приближались к черте, за которой прошлые болезненные точки превратятся в ничто.

— Когда-то я думал, что ты – моя опора, – вдруг сказал Гаврил, глядя вперёд. – Матери не до меня, отцу – тем более.

— А Зоя? – решилась спросить Василиса.

— А Зоя – всё, что угодно, только не опора. Она сама по себе. Ей, кроме себя, никто не нужен.

— Не похоже, – усмехнулась Василиса.

— Да просто она сама этого не понимает. Ей хочется быть как все, или даже лучше. Но всё равно не получится, потому что она отличается от остальных. Она сама своя опора. У меня вот не так. Мне нужен кто-то.

Василиса молчала. Она никогда не думала о Зое в подобном ключе. С другой стороны, может, Гаврил и прав насчёт неё. С самого первого знакомства Василиса чувствовала в Зое какую-то особенную силу. Только вот применяла её Зоя в странной манере. То есть, поначалу вообще не применяла, а когда дорвалась, то решила оглушить собой окружающих. Ну, ей это удалось на все сто. А теперь, когда они её выручат, вся её мощная энергия превратится в благодарность Гаврилу. И сшибёт его горным потоком. Главное, Василисе успеть отскочить с их пути.

Заросшая мелкой травкой дорога, в которую превратилось шоссе за мостом, вела всё ближе к густым деревьям, из-за которых уже хищным взором следили за вновь прибывшими светлые стены старого санатория. Будто звериный оскал безжалостного чудовища, поджидающего свою новую жертву.