Книга Скандерия, страница 88 – Алёна Моденская

Истомин громко пожелал коллегам доброго утра и направился к шкафу, где хранились экзаменационные ведомости и бланки. Приветствие было принято несколькими молчаливыми кивками, и только Тамара Александровна произнесла глухое «и вам того же».

Михайловская сидела за столом у окна, сцепив пальцы в замок и, забыв о чашке давно остывшего чая, остановившимся взглядом смотрела на улицу.

Недавно вернувшийся на работу Линник и несколько педагогов, приглашённых для замены отсутствующих учителей, делали вид, что заняты своими материалами, а на самом деле планшетами прикрывали брошюры Правдоруба. Лёва Штоцкий читал журнал в открытую и при появлении Истомина гаденько улыбнулся.

Тяпкина-старшая сидела за столом, ни на кого не глядя, и яростно черкала в листах, которые, по-видимому, являлись экзаменационными работами студентов. Грибницкий тоже открыто листал журнал, сидя в своём любимом кресле. Он сочувствующе улыбнулся Истомину, а потом почему-то грустно посмотрел на Линника.

Истомин взял нужные для экзамена пятой ступени материалы и направился к выходу, но тут дверь открылась, и вошёл Федотов.

— А, Даниил Юрьевич, доброе… это… – Федотов замялся.

Оттолкнув Федотова, в дверь протиснулась Третьякова и следовавшая за ней Петровская. Бросив гневный взгляд на застрявшего у прохода Федотова, Третьякова громко произнесла:

— Коллеги, прошу внимания. У госпожи Петровской есть для вас объявление. – Она чуть отступила, пропуская Петровскую вперёд.

— Довожу до вашего сведения, уважаемые педагоги, что в вашем расписании произошли некоторые изменения. – Выглядела Петровская при этом как ребёнок, получивший самый желанный подарок на день рождения. – Во-первых, обязанности по проведению всех экзаменов и зачётов по валеологии переходят к Федотову. Вы, уважаемый Даниил Юрьевич, временно, до выяснения всех обстоятельств, отстранены от работы. Нужно объяснять, почему?

— Нет, спасибо. – Истомин вручил все материалы, которые успел достать из шкафа, Федотову и сел в кресло, демонстративно открыв журнал Правдоруба. Больше он не посмотрел в сторону Петровской, у которой от такой реакции даже губы побелели, ни разу.

— Далее, – собравшись после паузы, продолжала Петровская. – Марк Андреевич Линник также отстранён. Магдалена Оскаровна, – она кивнула на Третьякову, – перераспределит нагрузку между другими педагогами.

— Но… но… – Линник даже привстал.

— Вы, наверное, не слишком внимательно читали журнал. – Петровская, хищно улыбаясь, кивнула на номер, сползший с колен Линника. – Там про вас ближе к концу. Как дочитаете, поделитесь впечатлениями. Такая возможность у вас будет сегодня в ходе совещания.

— Общее совещание состоится сегодня в пятнадцать часов, – вклинилась Третьякова.

— Да, спасибо, – процедила Петровская, явно недовольная тем, что кто-то посмел произнести вслух заготовленную ею фразу. – И последнее. Тамара Александровна Михайловская также отстраняется от работы за неспособность подобрать кадры и управлять коллективом. Временно исполняющей обязанности директора назначается Магдалена Оскаровна.

Михайловская вежливо кивнула и снова отвернулась к окну. Повисла пауза. Видимо, Петровская ожидала, что Третьякова сообщит о совещании именно сейчас, однако объявление уже было сделано, подходящих слов ни у кого не нашлось, поэтому Третьякова, громко фыркнув, направилась к шкафу, дабы найти и раздать преподавателям материалы для экзаменов, с которых был снят Линник.