Книга Девушка из третьего вагона, страница 44 – Яна Черненькая

Капитан де Моле потянулся за сэндвичем. Потом еще за одним, только теперь сообразив, до какой степени проголодался.

— Этот Фергюс что-то затевает, – сказал Даниэль.

— Именно такой вывод и напрашивается. Но что именно у него на уме? – Беккет надолго замолчал, потом вытащил флягу из внутреннего кармана в пиджаке.

— Стив, не надо! – попытался остановить его Даниэль.

— Не начинай, – отмахнулся Беккет. – Мне так лучше думается.

— Тебе и без этого всегда хорошо думалось!

— Это было до того, как… – Беккет замолчал и сделал глоток из фляжки.

Даниэль мрачно смотрел на друга и не понимал, как ему помочь, зато знал, что отчасти сам виноват в происходящем. Надо было сказать про дурное предчувствие… или нет. Кто знает, что случилось бы тогда. Только ничего уже не вернуть и не отыграть. А все, что он может – это не дать Беккету спиться, только и это у него получается из рук вон плохо.

— Зеленые и синие папки, – пробормотал полковник, не обращая внимания на виноватый вид друга. – И почему третье купе? Почему именно третье?.. – Беккет посмотрел на Даниэля. – Если бы речь шла о ком-то в поезде, то довольно было бы и третьего вагона. Но зачем именно третье купе? Да еще так принципиально, что за четвертое мисс Стаутон устроили выговор. Чем третье отличается от четвертого?

— Понятия не имею, – признался Даниэль. – Сам об этом думал, но ничего не понял.

— А я, кажется, начинаю догадываться. – Беккет хлопнул себя ладонью по колену. – Завтра нам с тобой нужно сесть на тот самый поезд в Гринхилле и занять третье купе. Встать придется рано, следовательно, заканчиваем чаепитие.

Он встал, убрал флягу.

— Капитан де Моле, – сказал он с усмешкой, – отставить похоронный вид. Или на вас так дурно повлияла леди Монтгомери? Ужасная женщина. Своим морализаторством любого в гроб вгонит. Не берите с нее пример.

— Может, мне вызвать на дуэль барона Монтгомери и вкатить ему пулю в лоб? – задумчиво предложил Даниэль. – Брат замолвит за меня словечко. И Ее Величество наверняка похлопочет за «национального героя». Отделаюсь штрафом или годом тюрьмы. Зато ужасная женщина станет вдовой и после положенного траура плотно займется вашими шторами, полковник, а заодно отучит вас пить. Мне кажется, идея великолепная.

— Идите-ка лучше спать, капитан. Вы переутомились и несете чушь, – велел ему Беккет.

— Как скажете, полковник, – пожал плечами Даниэль.

Пожелав друг другу спокойной ночи, они разошлись по своим комнатам…

* * *

Он знал, что той ночью Беккет устроит побег Иви. И прекрасно чувствовал, что добром это не закончится. И все-таки молчал. Делал вид, будто ничего не видит и не знает…

Впервые за свою жизнь Даниэль не был уверен, что поступает верно, а виной тому женщина. Иви Меер.

Три года Иви жила в Мафесанде, ее все любили за храбрость и веселый нрав. Она охотно играла с мальчишками в футбол, готовила из убогого гарнизонного провианта невероятно вкусные блюда, держалась в седле как бывалый кавалерист и стреляла не хуже Беккета. А еще она была красавицей. Невероятной красавицей! И ее невозможно было не любить.

Многие пытались за ней ухаживать. Беккет тоже, причем успешней остальных. А Даниэль… Он сам себя не понимал. То попадал под очарование Иви и почти терял голову, то изо всех сил старался держаться от нее подальше. Ему совсем не нравилось соперничать с другом, и девушка эта… не так уж она Даниэлю и нравилась. Было в ней что-то не то.