Книга Черный пес замка Кронк, страница 8 – Яна Черненькая

— О, не беспокойтесь, милое дитя! – тут же смягчился мистер Бэйтс. – Я смогу разыграть эту карту нужным образом. Все уже сотню раз продумано, не извольте беспокоиться…

Еще шаг.

Сильвия встала рядом с кандидатом в мужья, глядя на него снизу вверх. Выглядело это очень… предосудительно, но пришлось идти на риск. Незаметно заведя руку за спину, она крепко сжала рукоять зонтика.

Тотчас же она почувствовала некоторое облегчение. Да, это всего лишь зонтик, но отец много сил положил, чтобы научить единственную дочь защищаться, пусть и таким диковинным образом.

Тяжелая рука легла на талию мисс Мюррей, и девушка поняла – пора.

Рукоять зонтика с глухим звуком впечаталась в челюсть мистера Бэйтса. Тот, вероятно, даже не сразу понял, что произошло, – оглушенный ударом, он отшатнулся и врезался в стену, рядом с которой оказался.

Сильвию трясло от злости, гнева, страха, у нее дрожали руки. Она в первый раз по-настоящему ударила человека.

Человека. Мужчину. Ударила. Что теперь будет?

Драгоценные секунды уходили на осознание происходящего.

— Ах ты, маленькая дрянь! – взревел Бэйтс, опомнившись.

Мисс Мюррей, не выпуская зонтика из рук, попыталась выскользнуть за дверь, но не успела. Ее схватили за волосы и швырнули на кровать. Голову сильно мотнуло, так что на мгновение перед глазами помутилось. По щекам потекли слезы. Стало больно и обидно, а потом злость взяла свое. Сильвия знала, что ничем не заслужила такое отношение. Но весь мир будто сошел с ума. Миссис Коул, Джеффри, Кэссиди и этот мерзкий Бэйтс… Низкопробный аферист. Да как он смеет?

Время, словно по волшебству, замедлило свой бег.

Сильвия перекатилась на другую сторону ложа. Вскочила на ноги.

Бэйтс бросился к ней. Зонтик мелькнул в воздухе. Рукоять захлестнула шею мужчины сзади. Ловкое движение корпусом – так, как учил папа. Бросок. Грохот. Стоящий у окна столик с вазой и цветами разлетелся вдребезги, когда на него обрушилось тело афериста.

«Спасибо, папа!» – пронеслось в голове, и от этой мысли отчаянно захотелось плакать, но было бы глупо потерять преимущество во времени.

Сильвия быстро открыла дверь и бросилась прочь из кошмарного дома.

Перегнувшись через леера, Сильвия смотрела на тихое море за бортом. Прохладный ветер, развевающий ленты ее шляпки, пах солью, водорослями, креозотом и угольным дымом.

Провожая отходящий пароход, громко кричали чайки. Мисс Мюррей не знала, что ждет ее впереди, на родине далеких предков, но позади не осталось ничего, о чем стоило бы жалеть. Разве только два добрых человека. Всего два: мистер Харрис и миссис Гленн.

В спешке убегая из дома Коулов, Сильвия не взяла свои вещи. Даже красивый бисерный кошелек, вышитый руками ее матери, и курительную трубку отца, которую хранила как память. Опомнившись, девушка начала об этом жалеть и, не зная, к кому еще обратиться, зашла к мистеру Харрису. Тот оказался очень душевным человеком. Отведя мисс Мюррей в респектабельную, хоть и недорогую гостиницу, он обещал похлопотать о делах своей клиентки.

Как ни странно, к вечеру поверенному удалось забрать и вещи Сильвии, и даже ее жалованье – целых пятнадцать кингов. А еще он передал девушке наилучшие пожелания от миссис Гленн и вдобавок теплую накидку в подарок от этой замечательной женщины. Зная о стесненных обстоятельствах мисс Мюррей, экономка взяла на себя смелость выплатить гувернантке жалованье – в отсутствие хозяев она имела такое право. Миссис Коул, конечно, не придет в восторг от подобного самоуправства, однако миссис Гленн уже давно приглашали в другой дом, так что Сильвия не слишком переживала за судьбу своей благодетельницы. Опытная и добросовестная экономка работу найдет всегда.