Книга Замуж за негодяя, страница 31 – Валерия Аристова

— Ну же, Артур! — голос снова заставил его взять себя в руки.

Если он останется здесь, то умрет. Он осознал это настолько явно, что сумел отлепиться от дерева, и снова вышел на перекресток. Куда, черт возьми, ведут все эти дороги? Одна шла через поля, другая убегала в лес, третья казалась шире первых двух. Он попытался вспомнить, куда они ведут, но не вспомнил.

— Давай, Артур, давай! Надо идти, иначе мы заболеем!

Он шел. Ветер хлестал сбоку, шляпу он потерял. Каждый вдох давался с трудом. Он не помнил, по какой дороге пошел, но знал, что где-то рядом должен быть городок. Небольшой, но его денег в кармане хватит на комнату в гостинице. Надо бы посчитать, сколько у него осталось денег...

Шаг, еще шаг. Ему казалось, что он держит за руку женщину, которая силой заставляет его идти. Ноги путались, он падал под порывами ветра. Но вставал и шел, следуя за ней.

А потом появился свет.

Где-то высоко горел огонек. Окно. Он не видел дом, но видел окно, сиявшее маяком в кромешной тьме.

— Я же говорила, тут не далеко, — сказала женщина, — Артур, ты молодец, ты смог пройти такой путь... Я горжусь тобой!

И она поцеловала его. Он огляделся. Он ощутил поцелуй так явно, что удивился, что на дороге стоит один. Но впереди был свет. Ветер ударил сзади, будто подгоняя его, и он бросился бежать, собрав оставшиеся силы. Перед ним в темноте за стеной дождя оказался высокий серый дом. Окна его были заколочены, и только в одном окне, где-то высоко, горел свет. Артур нашел дверь и забарабанил в нее изо всех сил.

Конец 1 части

Он проснулся посреди ночи. В окно стучал дождь, и Артур долго смотрел в темноту, слушая его дробь. Надо же такому присниться. Он усмехнулся, потер щеку, и почувствовал, что на щеке за ночь отросла щетина. Интересно, который час? Дождь усилился, и он как наяву вспомнил свой сон, как шел под дождем за руку с молодой женщиной, как ноги хлюпали по грязи, а она подбадривала его и вела к яркому окну.

Сев в постели, Артур почувствовал, как закружилась голова. Не вспомнив, пил он вечером или нет, и что вообще произошло, он сжал руками виски, потом лоб. Видимо, он хорошо надрался, раз не помнит ничего между похоронами отца и этой ночью. Ему снилось, что дядюшка выгнал его из дома, а Оливер смеялся над ним, а потом... А потом дождь. Оливеру он задаст, как только придет в себя. Даже во сне тот не смеет смеяться над ним!

Протянув руку и не обнаружив на привычном месте звонка, он постучал по стене, не понимая, куда он попал. В любом случае должен прийти его слуга-француз. Даже если обои в этой комнате в белый цветочек, каких он никогда до этого не видел, слуга всегда сопровождает его и окажется рядом. Артур огляделся. В глубине комнаты стоял шкаф, огромный, пухлый. Рядом с ним вырисовывался силуэт стола, на котором кто-то расставил стаканы. Потянувшись за стаканом, он вдруг закашлялся, да так, что в голове забило в колокола. Тут дверь отворилась и он с явным облегчением откинулся на высокие подушки. Его слуга сделает все, что нужно, подаст воды, расскажет, что произошло... В конце концов, он снова провел рукой по щеке, утром он его побреет.

— Мишель, — Артур немного приподнялся, — подай воды, и погорячее. Горло саднит.

Силуэт в дверях колыхнулся. Длинное белое одеяние, не свойственное для Мишеля, выбило Артура из колеи. Он не мог различить черт лица, пока человек не подошел ближе.