Книга Розы туманных холмов, страница 61 – Яна Черненькая

— Явился-таки! – проскрипел неподалеку голос.

Пошатываясь, из-за большой телеги вышел щуплый старый фермер в потрепанном пиджаке, брюках с грубыми заплатками на коленях и стоптанных сапогах. Его лицо было сплошь покрыто глубокими морщинами, а криво подстриженные седые волосы торчали в разные стороны из-под помятого котелка. Закрытый бельмом правый глаз довершал отталкивающий облик.

— А ты, я погляжу, не очень-то торопился. – Речь Хендриксона больше напоминала скрип несмазанной двери.

— Вы ни с кем меня не путаете? – уточнил Рейнард.

— Вряд ли я могу с кем-то спутать барона Латимера, – ухмыльнулся фермер, продемонстрировав целый ряд кривых и желтых зубов.

— Мы с вами знакомы? – Рейнард не порадовался тому, что его инкогнито было так легко раскрыто. Это могло создать уйму проблем.

— Нет. – Улыбка Хендриксона стала откровенно страшной и слишком уж широкой.

— Тогда откуда вы знаете…

— Я живу на границе и вижу все, что происходит… и всех. – От скрипучего, потустороннего голоса старика Рейнарду стало не по себе. – Старший сын младшего брата… – забормотал фермер. – «Мяу», – говорит кот. Собака рвет поводок и пугает лошадь. Лошадь встает на дыбы и сбрасывает гонца. Гонец везет письмо с приказом. Приказ не доставлен. Мир становится другим, потому что кот сказал «мяу»…

— Вы плохо себя чувствуете? – спросил Рейнард. – Мне зайти в другое время?

— Ты пришел спрашивать, барон Латимер, так в чем же дело? – Голос старика окреп, хотя и не утратил своей скрипучести. – Я отвечу на три твоих вопроса. И ни одним больше!

Похоже, бедняга допился до зеленых бесенят. Сначала Рейнард намеревался уйти, но вспомнил, что Маккарти предупреждал о странностях Хендриксона и тем не менее советовал с ним поговорить.

— Что вы знаете о призрачных розах в святилище на дальнем холме? – спросил Рейнард.

— О, ты думаешь, что умеешь задавать правильные вопросы. – Лицо фермера сделалось отрешенным. – Но ты точно не умеешь давать правильные имена. Вы, люди, видите форму, но не видите сути… – Голос Хендриксона становился все тише. – Ты же смотрел на это, барон Латимер, и ничего не понял? Прозрачная кожа на руке мисс Фокс. Каждая жилка на виду. Словно диковинные растения, плохо скрытые плотью. Красиво, не так ли? Ты любовался, барон Латимер? – Он сделал паузу, внимательно вглядываясь в лицо Рейнарда. – Нет, ты не способен увидеть красоту. Ты увидел болезнь. Одно и то же ты называешь и болезнью, и розами. А суть одна.

— Я ничего не понимаю, – признался Рейнард. – Мисс Фокс укололась о куст призрачных роз. Теперь рука мисс Фокс действительно выглядит странно. И ее нужно вылечить. Но как это сделать?

— Невозможно вылечить то, что болезнью не является. – Старик мерзко захихикал.

— Тогда чем это является? – не выдержал Рейнард.

— Даром… платой… знаком и возможностью… – Сказанные слова прозвучали словно удар похоронного колокола. – И это был последний твой вопрос.

— Вы не ответили ни на один из них, – начал злиться барон.

— Я ответил на все. Но ты не сумел понять ответы. И не проявил должного уважения. А теперь мне нужно идти. Удачного дня, барон Латимер!

Словно издеваясь, старик рухнул в кучу соломы за телегой и громко захрапел.

Очень хотелось взять наглеца за грудки и как следует встряхнуть, но какой в этом смысл? Рейнард понимал: таких людей пугать бесполезно. Проще наведаться в другое время. Глядишь, еще что-нибудь расскажет. Сдаваться барон не собирался. Он уже понял, что в окрестностях Грейхилла его ждут захватывающие приключения – ровно такие, как он любит. И он не слишком-то печалился, что потратил все вопросы на мисс Фокс и ее проблему. Исчезновение девочек и призрачные розы в святилище почти наверняка как-то связаны между собой. Значит, и странная болезнь леди Злючки имела к этому отношение. Не следовало забывать и о том, что мистер Фокс с большой вероятностью тоже причастен к происходящему. Так какая разница, с какого конца начинать распутывать этот клубок?