Книга Розы туманных холмов, страница 8 – Яна Черненькая

— Но, Санда… – робко возразил тот.

— Иди! – рявкнула Злючка. – Теперь что до вас… – Убедившись, что брат ушел, она продолжила разговор с бароном: – В какой форме вы желаете получить удовлетворение?

— В форме чистой одежды, – ответил Рейнард, которого идея о такой странной сатисфакции удивила, позабавила и даже привела в более благодушное настроение.

— К сожалению, это не в моих силах. – Леди тут же перешла с агрессивного на деловой тон. – Можно попросить персонал гостиницы почистить ваши вещи. Я все оплачу, если желаете.

— Не желаю.

— Ну, как скажете. Тогда вопрос исчерпан? – уточнила девушка.

— Да. Только держите своего… родственника…

— Брата, – исправила его Злючка.

— Хорошо, держите своего брата от меня подальше, – закончил мысль барон.

— Мы скоро уезжаем, не переживайте. Больше не увидимся.

— А жаль, – почти искренне сказал Рейнард, за что заработал очередной колючий взгляд и короткий кивок на прощание, который больше подошел бы джентльмену, а не леди.

В чем-то тетушка Лили была права – обоз из чемоданов и коробок позволил бы Рейнарду не думать, в чем явиться в Райли. С другой стороны, Ричард Кавендиш, а ныне граф Сеймурский, видел барона и не в таком виде. Не сказать, чтобы в университетские годы они были большими приятелями, но оба увлекались боксом, а потому частенько встречались на турнирах и спаррингах. В куда лучших отношениях Рейнард был с предшественником Ричарда – Джеймсом, седьмым графом Сеймурским, увы, ныне покойным.

Лорд Латимер до сих пор с удовольствием вспоминал выходки Клуба весельчаков и самого Джеймса – прекрасного друга, отличного фехтовальщика и, конечно, очень веселого и остроумного человека. Проигранный ему поединок на рапирах стал той самой каплей, которая заставила барона после окончания Даргфорда уехать из Альбии, чтобы записаться в ученики к самому маэстро Моруа – лучшему из фехтовальщиков Галлии и, возможно, всего мира.

Эх, как бы было здорово сейчас вызвать Джеймса на дружеский поединок. Выпить с ним и с Ричардом, вспомнить веселые студенческие годы… Жаль, теперь не получится. Джеймс, Джеймс… как же так?

Рейнард не многое знал о том, что произошло. Поверенный, который передал ему завещанную графом рапиру, сказал, что Джеймса смертельно ранили на очередной дуэли. Такое вполне могло случиться: он был тем еще забиякой. Нужно спросить у Ричарда. Говорят, эти двое сдружились, хотя в Даргфорде терпеть друг друга не могли.

Нанятый в Тингейме кэб остановился у ворот замка.

Рейнард вышел, с досадой принюхиваясь: от его одежды, несмотря на старания гостиничных слуг, по-прежнему разило элем. Но что поделаешь? Придется разорить графа Сеймурского, благо они с Ричардом были почти одного роста и похожей комплекции.

Хозяин замка встретил гостя на подъездной аллее, по обе стороны которой пестрел яркими цветами ухоженный зеленый парк. Воздух в этих краях до того отличался от задымленного ландеринского, что у барона даже слегка кружилась голова. И головокружение только усилилось, когда Рейнард увидел супругу графа Сеймурского – очаровательную женщину, идущую рядом с ним.

Барон замер. Потом зажмурился. И еще раз присмотрелся.

— А… – все, что он смог произнести.

— Рейнард, рад тебя видеть. – Граф улыбнулся ему, пожимая руку, а потом, повернувшись к жене, представил гостя: – Дорогая, позволь познакомить тебя с бароном Латимером. Мы учились вместе в Даргфорде. Рей, – он перевел взгляд на собрата по альма-матер, – это моя супруга, леди Франческа. Не удивляйся, они с Джеймсом были близнецами.