Онлайн книга «Последний выстрел камергера»
|
— Нет-нет, господа, все в порядке… — Стараясь держаться как можно хладнокровнее, Тютчев стряхнул ладонью довольно крупный кусочек стекла, оцарапавший ему щеку, нагнулся и поднял упавшее на пол оружие. — Все в порядке, прошу прощения… — Федор Иванович, у вас кровь на лице? — забеспокоился мнимый слуга-неаполитанец. — Пустяк, царапина. — Глаза, главное, целы? — уточнил в свою очередь драгунский офицер, успевший как-то незаметно оттеснить дипломата, вверенного его попечению, от опасного места и занявший теперь огневую позицию возле окна. — Пустяк, царапина… — повторил Федор Тютчев, с трудом удерживая предательскую дрожь в голосе. — Сударь мой, что же вы, не спросившись… — начал было отчитывать его штабс-капитан, но, почувствовав состояние Тютчева, сразу же переменил тон: — Однако, с первым ранением вас! Можно сказать, боевое крещение получили, не так ли? — Ну вы и скажете, право слово… — Федор Тютчев улыбнулся — через силу — и повторил: — Ну вы, право, скажете тоже… Снаружи, из темноты двора, не слышалось более ни движения, ни голосов — однако теперь уже не вызывало сомнения, что обманчивая тишина эта по-прежнему таит в себе смертельную опасность… Глава третья НАВПЛИЯ С горы скатившись, камень лег в долине. Как он упал? никто не знает ныне — Сорвался ль он с вершины сам собой Иль был низринут волею чужой? Тридцатые годы девятнадцатого века начались для России с крупного политического успеха — заключения Ункяр-Искелесийского договора, ознаменовавшего собой полное утверждение ее влияния в Турции и на Балканах. Русско-турецкий договор, подписанный летом 1833 года и увенчавший русскую военно-морскую экспедицию к берегам Босфора, отвечал претензиям Николая I на сильное влияние в Царьграде — подобное тому, которым пользовалась тогда Англия в Португалии. Это была заявка на преобладание в проливах и на право охранять вход в Черное море, что в значительной степени уравновешивало контроль Англии над проходом в море Средиземное. История этой бесспорной победы российской дипломатии такова. Примерно за год до подписания договора между султаном и его египетским вассалом Мухаммедом Али возник военный конфликт. Египетский паша требовал расширения подвластных ему территорий с оформлением наследственных прав владения ими. Армия, возглавляемая энергичным и деятельным Ибрагим-пашой, нанесла ряд поражений султанским войскам и уже продвигалась к Константинополю… В условиях тяжелейшего кризиса турецкое правительство обратилось за помощью к западным державам. Однако Англия не решилась поддержать султана, а Франция, будучи давнишней покровительницей египетского паши, оказывала мятежнику почти неприкрытую поддержку. Султан был вынужден обратиться за помощью к России — оправдываясь, впрочем, перед европейскими правительствами тем, что утопающий «и за змею хватается». Помощь Петербурга пришла незамедлительно. Турецкое правительство еще вело дебаты, приглашать ли Россию к урегулированию конфликта, когда русский флот под водительством контр-адмирала Лазарева достиг берегов Турции. Генерал-лейтенант Муравьев в ходе предварительных переговоров с Мухаммедом Али сумел убедить пашу приостановить наступление и умерить свои претензии. Затем Муравьев отправился к султану, и русская эскадра с пятнадцатитысячным десантом на борту вошла в Босфор, бросив якорь напротив дипломатического квартала Константинополя, чем привела представителей других держав в изрядное замешательство. Послы Англии и Франции заявили султану протест и пригрозили вводом соединенной эскадры в Дарданеллы. Французский флот демонстративно направился в Смирну, а из Англии были отправлены для соединения с ним восемь линейных кораблей… |