Книга Последний выстрел камергера, страница 58 – Никита Филатов

— Очевидно, в этом есть определенная закономерность.

— Без сомнения! Посмотрите только на постоянные попытки французов установить у себя республиканский строй — все они неизменно заканчивались установлением новой монархии.

— Зато теперь во Франции, кажется, все спокойно…

— Это лишь видимое спокойствие, господин Фалльмерайер. Да, император Луи Филипп на какое-то время привел своих противников в состояние бессилия. Но даже для этого ему потребовалось без малого десять лет! Так что поверьте, друг мой, благополучную Францию в самом ближайшем будущем ожидают великие потрясения.

— Не спорю, — кивнул Фалльмерайер. — Как сказал мне недавно господин Маркс, старушка Европа беременна революцией…

— Когда вы с ним встречались? — заинтересовался Федор Иванович.

— Недели две назад, в Кёльне.

— Как обстоят его дела?

— О, далеко не самым лучшим образом… «Рейнскую газету», которую он редактировал, весной прикрыли за постоянные нападки на прусское правительство, так что господин Маркс намерен теперь перебраться в Швейцарию.

— Очень жаль. Этот молодой человек весьма неплохо информирован о ситуации в европейском революционном движении самого разного толка и, насколько я знаю, имеет определенное влияние среди своих единомышленников. — Тютчев посмотрел в окно, затем вновь перевел взгляд на собеседника. — Как вы полагаете, примет он от меня при подходящем случае и, разумеется, на определенных условиях некоторую материальную помощь?

— Думаю, примет… — улыбнулся Фалльмерайер. — Отчего же не принять? Господин Маркс как-то сказал при мне буквально следующее: в политике, дескать, можно объединяться ради известной цели даже с самим чертом — нужно только быть уверенным, что ты проведешь черта, а не черт тебя.

— Ну что же, поживем — увидим… Постарайтесь, пожалуйста, не терять этого господина из виду.

— Я постараюсь.

Отношения, которые связывали Федора Ивановича с Якобом Фалльмерайером, установились еще в 1931 году, когда отставной генерал Остерман-Толстой решил предпринять путешествие по Ближнему Востоку. Фалльмерайер был тогда не только одним из известнейших публицистов и историков Германии, но также специалистом-востоковедом, поэтому Тютчев и рекомендовал его своему близкому родственнику и покровителю в качестве личного секретаря. Затем профессор Фалльмерайер совершил еще несколько путешествий на Восток и опубликовал ряд научных исследований, которые принесли ему в немецких политических кругах репутацию радикального патриота.

Федор Иванович Тютчев, познакомившийся с Фалльмерайером довольно близко, в скором времени понял, что перед ним в высшей степени тщеславный, очень падкий и на лесть, и на всякого рода выгоды человек. Знал Тютчев и о том, что Фалльмерайер любыми средствами желает оказаться в кругу людей влиятельных и богатых. При этом он был не очень разборчив: так, он сумел получить и стипендию от баварского кронпринца, и орден от турецкого султана, а некоторые из его путешествий оплачивались даже австрийцами…

Обосновавшись на родине, в Мюнхене, господин Фалльмерайер открыл в себе незаурядный талант публициста. Издававшаяся в Аугсбурге «Всеобщая газета», считавшаяся весьма прогрессивной и национально ориентированной, постоянно публиковала его статьи, а самые видные политики и идеологи объединения Германии считали за честь поддерживать с ним доверительные отношения.