Книга Босс и его пышное недоразумение, страница 17 – Лера Золотая

Я не выдерживаю и громко смеюсь:

— Виктор, ты серьезно? Алёна Ромашкина — промышленный шпион? Ты вообще ее видел? Она горит идеей, она вложила в этот проект душу. И она доказала сегодня перед Орловым, что достойна его возглавить.

Он хмурится, но не сдается:

— Может, это часть игры? Чтобы завоевать ваше доверие?

— Довольно, — я стучу ладонью по столу. — Алёна Ромашкина будет курировать «Альфу». Это не обсуждается. И если я еще раз услышу подобные инсинуации — будешь объяснять их уже не мне, а HR-отделу. Понятно?

Виктор бледнеет, сжимает губы, кивает и выходит, хлопнув дверью.

Остаюсь один. Злость на Виктора смешивается с досадой на себя. Встаю, наливаю себе виски из мини-бара. Делаю глоток. Крепкий, обжигающий напиток огненной лавой течет по горлу. Надо еще выпить, чтобы успокоиться, но алкоголь не помогает. Мысли все равно возвращаются к Алёне. К ее глазам, когда она сказала «ошибкой», к тому, как она смотрела на меня не с презрением, а с болью.

В голове приятно начинает шуметь, а организм требует выхода эмоций и какой-то движухи, как говорит нынешняя молодежь. Решаю, что домой я ехать не хочу, и звоню водителю:

— Валера, отвезешь меня в бар. Любой, только чтобы подальше отсюда.

Бар оказывается шумным, людным местом с громкой музыкой и мигающими огнями. Заказываю еще виски, потом еще. Девушки вокруг бросают заинтересованные взгляды, пытаясь привлечь мое внимание.

— Молодой человек, — самая смелая из них присаживается рядом. — Пить в одиночестве — моветон.

Она призывно улыбается, и мне на секунду кажется, что передо мной сидит Ромашкина и, открыто улыбаясь, потягивает коктейль. Мне даже приходится закрыть глаза и потрясти головой, чтобы отогнать виде́ние.

«Ну, это уже совсем несмешно. В каждой вижу Алёну», — думаю с горечью. Ее улыбку, когда она хихикала над сорванным краном. Ее серьезность во время презентации. Ее твердость, когда она отказалась от моего предложения поужинать.

— Так что, может, я компанию составлю? — подмигивает незнакомка. — Сообразим на двоих?

— Спасибо за предложение, — я все еще пытаюсь сохранять спокойствие, но назойливость девицы уже начинает раздражать. — Но сегодня я хочу надраться в одиночестве.

Отворачиваюсь и бездумно смотрю на танцпол. Музыка гремит, люди двигаются в ритме, но все это кажется каким-то ненастоящим. Пустым.

И вдруг замираю… Там, в толпе, среди танцующих, вижу ее. Алёну. Она смеется, отплясывает с какой-то девушкой и парой парней. Волосы разметались, глаза горят, она вся светится. Совсем непохожа на ту сдержанную сотрудницу, которую я видел сегодня в офисе. Или у меня снова глюки?

Неконтролируемая, горячая, острая ревность и алкоголь ударяют в голову, полностью лишая меня возможности мыслить. Не успеваю подумать, а уже иду к танцполу, сжимая кулаки. В голове только одна мысль: «Отогнать этих павлинов, сказать, чтобы не смели к ней прикасаться».

Подхожу ближе. Алёна поворачивается, замечает меня, и ее улыбка мгновенно гаснет. Она что-то говорит своим спутникам, те отходят в сторону, оставляя нас друг напротив друга.

— Игнат Александрович? — ее голос звучит удивленно, но не испуганно. — Что вы тут делаете?

— Мог бы задать тебе тот же вопрос, — отвечаю я, стараясь говорить спокойно, хотя внутри все кипит.