Книга Мой свекор и его друг. Гинекологическая стажировка, страница 8 – Полина Нуар

Он смотрит на мои ноги, обутые в простые кеды.

— Артем, разуй ее.

Артем Сергеевич послушно, словно они репетировали это сотню раз, пересаживается на широкий кожаный диван.

Наклоняется и подхватывает мою ногу под колено. Его пальцы ловко распускают шнурок, стягивают кед. Потом носок. Моя босая ступня оказывается в его большой ладони. Прохладный воздух кабинета щекочет кожу.

— Вторую, — командует Андрей.

Второй кед летит на пол.

Я сижу напротив свекра, босая, с пылающими губами и пожаром внизу живота. Смотрю в зеленые глаза сексолога и понимаю, что только что пересекла черту, с которой нет возврата.

— А теперь, — Андрей Владимирович откидывается на спинку стула и складывает пальцы домиком, — сделай ей массаж ног, Артем. Медленный. Эротический. Покажи нашей маленькой Лизе, что прикосновения мужчины могут приносить не боль, а наслаждение. Начни с пальчиков.

Я вздрагиваю, когда горячие пальцы Артема Сергеевича обхватывают мою ступню. Его большой палец находит точку в самом центре свода стопы и начинает вдавливаться в нее круговыми движениями.

Из моего горла вырывается стон, который я не успеваю подавить.

— Вот так, — мурлычет Андрей Владимирович, не сводя с меня своих малахитовых глаз. — Звучи для нас, Лиза. Не сдерживайся. Сеанс только начинается.

Пальцы Артема Сергеевича вдавливаются в мой свод стопы с уверенной, методичной силой. Большой палец вычерчивает круги, находит какие-то невидимые узлы напряжения и распускает их один за другим.

Я откидываюсь на спинку дивана, вжимаясь спиной в прохладную кожу, и чувствую, как эта горячая волна поднимается выше, от пяток к лодыжкам, от лодыжек к икрам.

— Хорошо, — голос Андрея Владимировича звучит откуда-то сбоку, наблюдающий, оценивающий. — Ты расслабляешься, Лиза. Я вижу, как твои плечи опустились. Как разжались пальцы на ногах, которые ты так судорожно сжимала. Продолжай, Артем.

Свекор берет мою вторую ногу, и теперь обе мои ступни оказываются в его больших руках.

Он массирует их одновременно, и это невыносимо приятно, до дрожи в коленях, до того самого тянущего ощущения внизу живота, которое я уже начинаю узнавать. Но мы полностью одеты. Это создает странный контраст: моя одежда стала моей защитой, крепостью, за стенами которой мое тело предает меня с каждой секундой все больше.

— Теперь выше, — командует Андрей Владимирович. — Голени.

Артем Сергеевич отпускает мои ступни, и его ладони скользят выше, обхватывая мои щиколотки, потом икры. Он сжимает, разминает, и я чувствую жар его рук, их уверенную силу.

— Как все сложно, — хрипло произносит Артем Сергеевич. — Она вся как каменная.

— Это нормально, — Андрей Владимирович подается вперед, облокачиваясь локтями на колени. Его зеленые глаза впиваются в мое лицо. — Лиза, я хочу, чтобы ты сейчас сосредоточилась на своих ощущениях. Не на том, что подумает Матвей. Не на том, что правильно, а что неправильно. Только на том, что ты чувствуешь прямо сейчас. Где тепло? Где напряжение? Где приятно?

Я закрываю глаза, чтобы не видеть их взглядов. Это помогает. В темноте под веками мир сужается до ощущений.

— Тепло… в ступнях, — говорю я медленно. — Пальцы рук… расслабились. И…

— И? — подталкивает Андрей Владимирович.

— И там, — шепчу я. — Внизу.

— Отлично, — в его голосе звучит удовлетворение. — Твое тело откликается, Лиза. Это естественно. Это правильно. Артем, продолжай. Бедра.