Книга Любимый лжец, страница 32 – Керри Лемер

Эта женщина точно видит меня насквозь, или проблема слишком очевидна.

— Как вы догадались? — От стыда опускаю глаза в пол.

— Не ты первая и не ты последняя, — тяжело вздыхая, она снимает очки и трет уставшие глаза, — я успела повидать всякое, и мужей тиранов, которые избивали жен, а мне потом приходилось вытаскивать их из-за грани, и женщин-самоубийц, считающих, что так проще и легче. Не все хотят бороться и принимают насилие за норму, но это не так.

Арина Джамаловна, сама того не подозревая, давит на больную точку. Когда я была маленькой, я видела, как наш сосед избивает собственную супругу, называя это воспитанием. Он был жестоким тираном, нанесшим мне детскую травму. Я клялась, что никогда не стану, как его жена, не буду терпеть и молчать, тоже не буду.

— Я понимаю и хочу попросить вас о помощи, — выпаливаю на одном дыхании.

Цепляюсь за ее руку, как за спасательный круг. Мне нужно почувствовать, хотя бы чье-то тепло.

— Помогите мне сбежать, умоляю. — На удивление слез нет, только решительность.

— Алина, я-то помогу, но ты же понимаешь, что пока вы женаты, тебе нигде не скрыться?

Сразу видно, что она женщина, воспитанная на Кавказе. В отличие от многих, она понимает все последствия. Родственники, друзья и просто знакомые, все бросятся на мои поиски. Они будут давить, угрожать и делать все, чтобы я вернулась в дом мужа. Если понадобится, они не побрезгуют нарушить парочку законов и силой приволокут меня к Руслану.

— Да, я все это понимаю, но больше так не могу.

Не знаю, откуда берутся силы, но выливаю на доктора всю историю своей жизни. Хочется, чтобы меня поняли и чуть-чуть пожалели, невозможно постоянно быть сильной. Я имею право на слезы, на свое мнение, на свою жизнь и буду бороться за своего ребенка.

Похоже, Арина Джамаловна не в первый раз слышит нечто подобное. Она не меняется в лице, не охает и не пытается меня успокоить, просто позволяет выговориться, а потом произносит:

— Я могу тебе помочь, но готова ли ты бороться? Просто не будет, все нужно будет сделать по закону, а это процесс небыстрый, большая часть девушек ломаются, так и не добившись справедливости.

И снова она права. Давление общества, особенно нашего, очень сложно вынести. Все будут тыкать пальцем, говорить о позоре, о ненависти, это будет кнут, которым попытаются меня сломить и когда у них почти получится, они начнут рассказывать о заботливом муже. Не многие выдерживают такое испытание, возвращаются к своим тиранам, а после этого их жизнь становится в тысячу раз хуже, мужья чувствуют свою безнаказанность.

— По закону? У меня нет денег на юристов и адвокатов, нет недвижимости, нет работы и нормального образования, а у Руслана есть все и даже больше, мне не выстоять в честном бою.

Как же стыдно, сама виновата. Я не должна была бросать учебу и с головой уходить в семью, нельзя было думать только о Руслане.

— Об этом не беспокойся, я смогу тебе помочь, у меня достаточно много друзей и просто благодарных пациентов, но просто не будет и сделать придется многое. Ты готова к этому?

Готова ли я? Положа сердце на руку, хочется сказать, что я слишком труслива, для борьбы, но если я хочу растить своего ребенка и быть счастливой, нужно становиться сильнее.

— Я готова на все, лишь бы уйти из его дома и защитить своего ребенка.