Книга Развод. Бывшая моего мужа, страница 25 – Саяна Горская

Засыпаю и просыпаюсь с её образом перед глазами. Все мысли о ней. И тело неконтролируемо влечёт в ту сторону.

Отправляю сообщение.

Умиляюсь от её сердечек в ответ.

И тут же встаю колом от откровенной фоточки.

Андрей: Ты такая сладкая. Сожрал бы тебя сейчас!

Нелли: Ты мой ненасытный зверь!

Андрей: Хочу сделать своей девочке хорошо…

Нелли: Разберись со своей клушей, и я буду самой счастливой женщиной в мире.

Андрей: Считай, что клуша в прошлом.

Вдогонку, как мотивационный фактор, прилетает ещё парочка интимных кадров.

Рррр! Моя девочка!

Одеваюсь.

Насвистывая под нос, спускаюсь на залитую солнечным светом кухню.

Лара варит кофе в турке.

— Доброе утро!

— Доброе, — оборачивается на меня.

В её тёмных глазах странная смесь эмоций, и я не могу угадать, что означает этот коктейль.

Она смотрит на меня кошкой, задумавшей пакость.

— Как спалось? — тянусь к ней с поцелуем.

Но Лара ловко избегает прикосновения моих губ, делая шаг в сторону.

— Извини, я себя плохо чувствую. Не хочу заразить.

— Заболела? — сажусь за стол в ожидании завтрака.

— Да, вечером стало нехорошо. Меня стошнило.

— Правда? Может, вирус?..

— Может и вирус. А может, я беременна? — поджимает губы Лара, скрывая улыбку.

Я же пытаюсь скрыть разочарование, потому что ну нельзя придумать более неудачного, блять, момента для беременности!

Это просто насмешка судьбы мне в лицо!

— Давай не будем торопиться с выводами, ладно? Я запишу тебя к врачу.

— Что-то не так? Ты не рад?

— Рад. Конечно, рад! — растерянно тру ладонями глаза. — Слушай, если честно, это неожиданно.

— Да уж, очень неожиданно. Пять лет попыток.

— Просто не вовремя.

— А когда — вовремя?

— Сейчас этот контракт и… И всё так напряжённо на работе.

— Мм… — Лара медленно кивает, размешивая закипающую кофейную шапку в турке. — Кстати, а во сколько встреча с Лесневским?

— В десять. В понедельник утром он возвращается из Барселоны и сразу встретится со мной. А что?

— Я подумала, что тоже хочу присутствовать.

Напрягаюсь.

— Зачем?

— Как? Это очень важный контракт, и я хочу быть уверена, что мы его получим, — подходит ко мне с туркой.

— Лар, позволь мужчинам самостоятельно решать свои дела, хорошо? Тебе не нужно в это лезть.

— То есть предлагаешь мне осесть дома?

— И заметь, это уже не первое моё предложение. Пора прислушаться.

— Да. Ты такой у меня заботливый, — хлопая ресницами смотрит Лара мне в глаза и наливает горячий кофе.

На мои яйца!

— Еб твою мать! — взвыв, срываюсь из-за стола, опрокидывая стул.

Пронизывающая боль растекается по телу, сгибая меня пополам.

— Боже, какая я сегодня растяпа…

Лара достаёт из морозилки пакет со льдом и заворачивает в полотенце.

Усадив меня на стул, прикладывает к моим штанам лёд.

— Мне очень жаль, — без капли раскаяния в голосе.

Смотрю на неё сверху вниз, хмурясь.

Я не могу понять, что с ней не так.

Это что-то неуловимое, ускользающее от моего восприятия.

Пальцами поднимаю её за подбородок, чтобы посмотреть в лицо.

— Всё хорошо?

Лара делает судорожный глубокий вдох. Смыкает ресницы, пряча взгляд.

— Да.

— Вызвать врача?

— Нет, у меня правда всё хорошо, — широкая улыбка растягивает её губы. — Держи вот так, я сварю ещё кофе.

Лара споласкивает турку и вновь ставит на плиту.

— А где мама?

— Мама? — она вращает глазами, словно вспоминает, о ком речь. — Ах, мама! А она собирает вещи.