Книга Море волнуется раз..., страница 92 – Ника Громова

— Да? Может я составлю тебе компанию? Знаешь, тоже хотела купить себе что-то, — Олеся решила уцепиться за любой шанс, лишь бы не оставаться в удушающем одиночестве.

— Ну хорошо. Неожиданно, конечно. Но пошли, — улыбнувшись, согласилась Даша.

* * *

В субботу они уже порхали по торговому центру от одного обувного магазина к другому.

У Олеси и до этого болела голова от двухнедельного недосыпа, и пёстрые товары и вывески, проносящиеся вокруг неё, не особенно помогали её состоянию.

Но хотя бы она была занята чем-то, а не упивалась жалостью к себе в своей квартире.

— Как тебе эти? — Даша покрутилась перед Олесей, демонстрируя синие туфли.

Уже десятые, и почти ничем не отличающиеся от девяти предыдущих. Туфли и туфли. Олеся старалась быть терпеливой, ведь она сама напросилась с ней по магазинам. И именно ей нужна сейчас компания.

— Хорошие, — спокойно ответила она.

— Я посмотрю ещё вон те, — ответила Даша, и ушла к продавцу за размером.

Олеся шумно выдохнула, уселась на пуфик и растерла пальцами виски. Взгляд упал на белые кеды, стоящие на витрине напротив. Глаза зажгло, в носу защипало. Он ещё шутил, чтобы она не сбегала от него в подаренных белых кедах, как сбежавшая невеста. Кого она обманывает, она с тем же успехом может продолжать купаться в своей боли дома, если даже в обувном магазине она думает об Андрее.

Внезапно Олеся услышала приглушённый смех и голос. Это его голос. Андрея.

Олеся решила, что бредит, встала и подошла к стойке. Сразу за перегородкой, в нишах которой стояли пары обуви, начинался мужской отдел. Она выглянула из-за стойки с обувью. И увидела Андрея. Сердце ухнуло и забилось в ускоренном ритме, отдаваясь гулом в ушах. В солнечном сплетении прошла шаровая молния. Он действительно здесь. Похоже, покупал лакированные чёрные туфли.

Так любезно общался с девушкой на кассе, которая мило улыбалась ему и что-то щебетала, нарочито медленно упаковывая покупку. Когда Андрей всё же взял пакет с обувью и направился к выходу, Олеся хотела окликнуть его. Но замерла в оцепенении. Она только сейчас в полной мере осознала, как сильно скучала. Как же невыносимо ей было без него. Сердце колотилось в рёбра, дыхание сорвалось. Она жадно ловила каждую его черту, его русые прядки волос, такую любимую легкую небритость, ироничную ухмылку на губах. Он хорошо выглядел, темные брюки, пиджак, рубашка. Такую версию его она ещё не видела, словно он снова стал работать в офисе. Он выглядел свежим, уверенным, легким, в отличие от неё. Она обратила внимание, что на руке красовался гипс. Значит, сходил в травмпункт. Похоже, у него все было хорошо. Он уже вышел в стеклянные двери, а Олеся так до сих пор и не решилась окликнуть его или подойти.

Что она тогда скажет? Привет, это я. И что дальше? Почему приехал и не позвонил? Не пригласил увидеться?

Олеся отчётливо ощутила, как в этот момент разбилось её глупое сердце. Она могла оправдывать его, что он связан с семьей, поэтому остался там. Но как оправдать то, что он здесь, приехал в её город и не захотел её увидеть? Она ему не нужна. Другого объяснения быть не может. Его появление расставило все точки.

Олеся только сейчас поняла, что когда они ссорились из-за будущего, и когда она уехала, то всё равно глубоко внутри, она всё ещё надеялась, что они найдут выход. А сейчас внутри всё помертвело. Затянуло темной едкой дымкой. Мир расплылся и стал нечетким. По щекам начали катиться крупные слезы.