Книга Последний поцелуй жнеца, страница 37 – Лисавета Челищева

Воспоминания о фарфоровом личике Сандрины все еще хранились в моей памяти, — стоило поведать ей о планах побродить по лесу, ее удивление было неподдельным. Мне удалось удивить холодную леди, на время приостановив ее стоическое спокойствие.

Углубляясь в окутанную туманом чащу, я не мог отделаться от ощущения, что карета все ещё стоит где-то неподалеку на дороге и терпеливо ждет моего возвращения. Опасения Сандрины находили отклик во мне, но я был вынужден идти дальше в сердце древнего леса, игнорируя тягу вернуться к ней.

Сейчас уже я сжимал в руке перо и старательно выводил каждое слово. С девственно-белого листа на меня смотрели три вопроса, каждый из которых представлял собой фрагмент загадки, поглотившей мои мысли:

1. Почему баронесса избегает и так опасается Туманного леса?

2. Почему почти не дотрагивается до еды в своем особняке?

И, что самое загадочное,

3. Почему решила оставаться взаперти три года подряд?

Первоначальная досада, которая была на моем лице, рассеялась, превратившись в маску интриги. Теперь эти три вопроса уже не казались мне разными, они переплетались между собой, требуя разгадки.

Тяжело вздохнув, я переместился на спину, хмурясь из-за ускользающих от меня догадок.

В сознании зародился новый вопрос, незваный, но требующий внимания: "А что сейчас делает баронесса?"

Мои мысли витали вокруг мрачных возможностей, навевая образы тайных романов, проклятых родословных, договора с темным властелином… А, может, она просто пила сейчас чай.

От таких фантазий, хотя и рожденных из ниоткуда, нельзя было легко отмахнуться. Это были нити моего темного воображения, тянущиеся к неизведанным территориям в поисках истины, скрытой под поверхностью дома Лорелей.

Сандрина

Глубокой ночью, когда воздух потяжелел от меланхолии и влажности с болот, я нашла утешение в стенах библиотеки. Тусклый свет свечей освещал зал, отбрасывая тени на полки, уставленные множеством старинных книг.

Захвативший меня когда-то роман лежал теперь забытым на столе. Мой взгляд бесцельно блуждал по рядам ярких томов, ища спасения от серой реальности.

Мысленно я вернулась в коридоры своей жизни, где последние три года разворачивались, как в самой тёмной сказке. Казалось, что судьба сговорилась окрасить полотно моей судьбы в непреодолимый оттенок черной грусти.

Отчего-то я вспомнила сегодняшнюю женщину. Почему эта официантка из таверны «Чёрная Лилия» жаждала обладать мужчиной, который вел себя по отношению к ней так отстраненно? Вожделение ли это, или темная аура Эскара, что завлекает девиц?

Потерявшись в размышлениях, я обнаружила в руке скомканный листок бумаги — мое расследование деятельности Совета 8, Ордена Дахмы и его хитроумных связей с Церковью Будущего. Мои родственники, погрязшие в погоне за материальным и не замечающие тайных деталей Системы правительства, которые так меня интриговали, наверняка бы не одобрили этого.

Я подошла к тлеющему камину и бросила бумагу в пламя. Когда чернила растворились в пепле, я ощутила легкое дуновение ветерка из приоткрытого окна, благоухающего тонким ароматом медовых цветов.

Во мне вдруг зародилась капля надежды. Возможно, завтра вечером я буду бродить по садам, и цветочный ветерок подскажет мне новый путь.

* * *

Когда первые лучи солнца робко пробиваются сквозь щели в окне моей спальни, я накидываю единственное черное платье, украшающее мой гардероб. Это платье — мой бунт, мой молчаливый протест против моря белого цвета в моем шкафу.