Книга Последний поцелуй жнеца, страница 76 – Лисавета Челищева

Жнец незаметно придвинулся ко мне ближе, его руки мягко легли на мои плечи. Нетронутые локоны его темных волос изящно спали на виски.

— А значит, — продолжил он, — голосование, назначенное на твой двадцать пятый день рождения, до которого остался всего месяц, завершится в пользу твоего дяди Оберона.

Когда последний звук покинул его губы, неожиданная улыбка заиграла на суровом лице.

Жнец отошёл в сторону, сложив руки за спиной.

— Интересуешься тем, что произошло за ужином?

Его глаза, казалось, зловеще сверкнули в ответ на мой нетерпеливый кивок.

Почти торжествуя, жнец пошел по дорожке, огибая монументальный сад особняка, а я, инстинктивно повторяя его движения, молча двинулась следом.

— Я незаметно украсил каждый из предложенных тебе фужеров порошком фосфоресцирующего вещества. — начал он, ведя нас по тропинке к маковым полям. — …Скучное занятие. Но зато было легко вычислить, кто манипулировал твоим напитком и ядом во время твоих коротких отлучек. — его шаги замедлились, и он свернул за угол, спускаясь к роще. — Светящиеся пальцы за столом, когда я погасил свет в бальном зале, не оставили и сомнений в личности виновных. — он бросил косой взгляд на мои поджатые губы. — Не хочешь сделать догадку?

— …Оберон и Тимадра?

К моему удивлению, Эскар лишь фыркнул, устремив взгляд на далекий горизонт.

— Все. Практически все родственники участвовали в твоём отравлении. Каждый добавил свою каплю яда в твой бокал на приеме. Однако… Виола, твоя кузина, является единственным исключением.

Мои брови нахмурились в недоумении. Из всех людей Виола была первой, от кого я ожидала недобрых намерений. Но, видимо, я была крайне не осведомлена об истинном характере своей семьи. Казалось бы, такие добродушные тетушки, как веселая Лея и нежная Аркона, и вечно поддерживающие меня строгие дяди — все вознамерились избавиться от меня.

Откровение жнеца затянулось в прохладном сумеречном воздухе и меня охватил леденящий душу вопрос: «Как я должна буду жить и дальше среди этого предательства?»

Солнце только-только опустилось за горизонт, и пейзаж окутали лиловые сумерки. Я шла по забытым тропам в компании человека, который удивил меня больше всех за последнее время — моего жнеца.

Эта тропинка была мало кому известна, она скрывалась за лугом, усыпанным гордыми островками маков. Она вела через тихую кленовую рощу к роднику.

Это было мое место, мое личное убежище, и то, что он знал, куда мы идём, сильно озадачило меня.

— Откуда ты узнал об этой тропе? — я пыталась заглянуть в его лицо и прочитать ответ, но из-за быстроты его шага не получалось.

Остановившись, Эскар наконец повернулся ко мне с неоднозначной полуулыбкой.

Мои глаза округлились.

— Ты шпионил за мной?

— Уверяю, только лишь раз и более чем случайно.

Эскар вывел меня на отдаленную тропку, огибающую высокие деревья. Я последовала за ним к роднику — кристально чистые воды мерцали в последних лучах угасающего солнца.

Опустившись на колени, я зачерпнула руками прохладу, в отражении проносились поразительные откровения этого вечера.

Подняв глаза, я увидела, что Эскар пристально наблюдает за мной. Его глаза потемнели до оттенка агата, который, казалось, мог затянуть меня в бездну.

— За каждое откровение, баронесса, следует платить. — его слова зловеще прозвучали, сливаясь с журчанием воды.