Книга Ненужная избранница дракона, страница 158 – Виолетта Вейл

Селена прошептала:

— Новая формула хранительницы.

— Не формула. Пока только желание.

— Все формулы когда-то были чьим-то желанием, записанным достаточно точно.

Эти слова почему-то напугали.

Потому что я вдруг поняла: каждое мое решение теперь может стать законом для того, что останется от Велисс. Не просто выжить. Не просто доказать. Создать правило, которое не превратится в новую клетку.

Каэл подошел ближе.

— На суде я скажу, что Грозовой дом отказывается от права требовать от Велисс подчиненного свидетельства.

Селена резко подняла голову.

— Это ослабит позицию Рейвендаров перед другими родами.

— Пусть.

— Совет будет против.

— У совета сейчас мало моральной высоты для возражений.

Арвен тихо сказал:

— Какая красивая редкость: власть сама отказывается от удобного рычага. Надо записать и показать потомкам, если мы их доживем.

Каэл не отвел взгляда от меня.

— Я не хочу, чтобы твое право на имя зависело от того, полезна ли ты моему дому.

Мне нечем было ответить сразу.

Потому что это было именно то, чего я боялась: стать нужной и снова попасть в клетку. Только золотую, красивую, романтическую, с драконом у дверей.

— Спасибо, — сказала я тихо.

— Это не подарок.

— Знаю.

— Это долг, который мы давно должны были исполнить.

— Все равно спасибо.

Он кивнул.

Селена смотрела на нас, и в ее лице впервые за долгое время появилась не вина, а что-то похожее на надежду.

Потом в дверь постучали.

Вошла Мирена.

Без стражницы.

Мы все обернулись.

Арвен первым произнес:

— Сейчас я задам очень врачебный вопрос: почему потенциальная обвиняемая свободно гуляет по дворцу?

Из-за спины Мирены вышла Рейна.

— Не свободно.

— А. Тогда мое давление немного ниже.

Мирена держалась прямо, но пальцы у нее были сжаты. Она посмотрела на меня, потом на Каэла, но задерживаться на нем не стала.

— Я хочу говорить с Лиарой Велисс.

Каэл сразу:

— О чем?

Мирена усмехнулась.

— Все еще думаешь, что можешь спрашивать первым?

Он замолчал.

Я увидела, как ему это далось. Еще вчера он бы приказал. Сегодня сдержался.

— Говорите, — сказала я.

— Наедине.

— Нет, — ответил Арвен.

Мирена даже не посмотрела на него.

— Я не собираюсь ее убивать. Если бы собиралась, выбрала бы менее охраняемое место.

— В этом доме подобные фразы не успокаивают.

Я подумала.

— Каэл и Арвен останутся у двери. Рейна тоже. Селена…

Я посмотрела на нее.

— Останьтесь здесь. То, что Мирена скажет, может касаться Астерваль и Велисс.

Мирена напряглась, но не возразила.

Каэл не хотел уходить. Это было видно. Но он ушел к двери, остановившись снаружи так, чтобы не слышать тихий разговор. Арвен, конечно, сделал вид, что встал достаточно далеко, хотя я подозревала, что услышит даже шепот муравья, если тот будет подозрительным.

Мирена села напротив меня.

Некоторое время молчала.

Потом сказала:

— Я помню свою мать.

— Кассандру?

— Да. До вчерашнего дня я помнила ее иначе. Красивой. Сильной. Женщиной, которую боялись и уважали. После первого зеркала я все еще помню это. Но теперь рядом стоит другое: ее рука, ударившая Эйру. Ее слова. Камень, который она дала мне. И я не знаю, какая память настоящая.

Селена тихо ответила:

— Обе.

Мирена посмотрела на нее почти с ненавистью.

— Вы все так любите сложные правды.

— Простые обычно оказываются ложью.

Мирена сжала губы.