Книга Он - дракон!, страница 27 – Ольга Коротаева

В углу застонала странно скукожившаяся эльфийка, и при виде ненормально вывернутой руки и угрожающего наклона головы, я слетела с кровати. Подскочила к несчастной, которой, кажется, сломала что-то в жёстком порыве защиты невинности.

— Ты в порядке?

Она глянула на меня снизу вверх и, сморгнув слёзы, молча помотала головой.

«Что за бред! Конечно она не в порядке. Пришла ночью, чтобы по-своему отблагодарить спасителя, но вместо того, чтобы подарить удовольствие, тот впечатал её в стену!»

Чертыхнувшись, я помогла эльфийке подняться и довела до кровати. Усадив на кровать, отступила на шаг и строго проговорила:

— Никогда больше так не подкрадывайся к хавенам! Мы воины и спросонок можем не только отпихнуть, но и магией приложить для верности. Ясно?

Она вытаращила огромные глазищи и кивнула, принимая к сведению всё, что я сказала. Зябко поёжилась, кутаясь в простыню, под которой, судя по всему, на девушке ничего не было. Очень высокая, но без вороха тряпья она казалась нереально тоненькой, в моём мире такая худоба считалась бы крайней степенью дистрофии. Я мазнула взглядом по худенькому плечу с ссадинами от магических молний, которыми мучали служанку посла, и сурово поджала губы.

Заметив это, девушка поспешно подтянула покрывало, скрывая ранки, и опустила голову.

— Простите, я не хотела вас оскорбить…

Голос девушки оборвался, раздался всхлип, а через секунду эльфийка вскочила и метнулась к двери, но я схватила уголок покрывала, едва не раздев ночную гостью. Позволила ткани выскользнуть из пальцев и подняла руки, желая показать, что не опасна.

— Ты не оскорбила. Просто я не любитель подобных развлечений.

Она покосилась на меня с заметным изумлением:

— Вам не нравятся девушки?

— Нравятся, — солгала я и ухватилась за уже опробованную с другими версию. — Точнее одна… Очень нравится! Я безумно люблю её и никогда не изменю.

— Правда? — ещё сильнее удивилась она и осторожно присела на краешек стула. — Хавены тоже умеют любить?

«Не уверена», — подумала я, но кивнула. А в следующий миг эльфийка разрыдалась и поведала мне душещипательную историю своей несчастной любви.

— Я всё оставила ради него, — утираясь краешком покрывала, пожаловалась она после безудержного потока откровений. — Сказала «нет» жениху, которого выбрал отец, и отказалась от поддержки семьи, а он не пришёл к Великому древу! Моя репутация была уничтожена, от меня отвернулись друзья, пришлось искать работу, чтобы не умереть с голоду, а тут как раз искали служанку для посла в Гиннерию. Платили невероятно щедро, а ещё брали, невзирая на репутацию, и…

— И ты согласилась? — Налив воды в стакан, я протянула его раскрасневшейся от рыданий девушке. — Разве не понимала, куда едешь? Повезло, что тебя не вышвырнули в окно вместе с твоим работодателем.

— Я не знала, что хавены настолько жестоки, — прошептала она с уже сухими глазами и, вздохнув, уставилась в одну точку, будто думала о чём-то очень далёком. Усмехнувшись, горько добавила: — Но они хотя бы не скрывают своей сути, не притворяются добрыми и заботливыми.

Мне вдруг подумалось, что считать невыносимыми всех эльфов такая же глупость, как думать, что все мужики козлы, а бабы — стервы. Отношение к этой расе основалось на приезжих представителях, таких, как экзальтированный, высокомерный и чрезвычайно крикливый посол. Этот остроухий выскочка даже не подумал о служанке, бросив девушку на растерзание хавенам.