Книга Невинная для Лютого. Искупление, страница 3 – Ольга Коротаева, Диана Билык

— А врач говорит, что набор веса недостаточный? — с подозрением прищурилась она и кивнула: — Сделаю ещё витаминный салат.

— Делай, — окончательно сдалась я и, забрав из её рук чашку Саши, отдала свою пустую: — А я пока сына разбужу. А то скоро доктор придёт.

— Снова приступ? — запереживала она. — Ты хоть поспала ночью?

— Немного, — не стала отпираться я и быстро, чтобы Ира не успела посетовать насчёт здорового сна, добавила: — Я с ним днём прилягу и подремлю.

Вышла из спальни. Прикорнуть удалось лишь под утро, когда Саша, наконец, перестал задыхаться и уснул. Конечно, приступы сейчас стали намного реже, но лечить ребёнка нужно долго и кропотливо. Я была невероятно зла на тех, кто довёл мальчика до такого состояния. Понимаю, что в приютах нет средств, чтобы проводить грамотное лечение, но ведь можно было перевести Сашку в специализированное заведение.

На миг замерла у недавно оборудованной детской и, постучав, спросила:

— Саша, я могу зайти?

Он сам открыл мне дверь. Тоненький, как тростинка. Со светлыми волосами до плеч, светлой кожей и огромными глазами мальчик напоминал маленького принца из сказки. Вот только худоба его была болезненной, кожа бледной от недостаточного ухода, да и тёмные подглазины много о чём говорили.

Я растянула подрагивающие губы в улыбке. Сердце сжималось от боли за ребёнка:

— Хочешь какао? Ира добавила твои любимые зефирки.

Он кивнул и, оставив дверь открытой, вернулся к столу. Усевшись на стул, взял в руки карандаш и наклонился над рисунком.

Я поставила кружку рядом и спросила:

— Это кот? — Разглядывая картинку, добавила: — Очень похоже.

— Это лошадь! — обиженно буркнул он.

— У, — протянула я и погладила мальчика по голове: — Это очень ласковая лошадь с мягкими копытами. Папе очень понравится такой подарок…

— Я рисую дедушке, — возразил Саша и поднял на меня глаза: — Он обещал научить меня кататься верхом, сразу как разрешит врач.

— Обещал, значит, научит, — подтвердила я. — Дедушка зря слов на ветер не бросает. Хочешь, я почитаю тебе про лошадок?

Саша тут же бросил карандаш и, пересев на кровать, выжидательно посмотрел на меня. Он почти не разговаривал, мало ел и боялся мужчин… Лишь моему отцу каким-то загадочным образом удалось отвоевать уголок в сердце ребёнка.

Но мальчик всё равно никого близко не подпускал. А первым делом, когда его привезли, потребовал отдельную комнату. У меня было ощущение, что это была мечта — своя собственная комната. Поэтому я попросила всех спрашивать разрешения у мальчика, прежде чем туда зайти. Чтобы никто не врывался в мечту Сашки, не топтал его чистую душу. Чтобы у сына был уголок безопасности.

Да. У сына. Я теперь жена Берегового, а Саша его сын, а, значит, и мой.

— А можно, — прервал он меня, — я почитаю? — Кивнул на мой живот: — Ей.

Я улыбнулась и протянула книжку. Буквы там большие, справится. Мы с Лёшей очень удивились, когда узнали, что малыш уже читает. Умненький.

Саша медленно, спотыкаясь, принялся важно читать по слогам, а я тихонько гладила его по волосам и молча благодарила за любовь к нерождённой ещё девочке.

В дверь постучали, и я вопросительно посмотрела на Сашу.

— Войдите, — важно разрешил он.

Заглянула Ира:

— Врач приехал. Что сказать?

Я сжала ладошку мальчика и поднялась: