Книга Ночь с убийцей, страница 15 – Ольга Коротаева, Диана Билык

Машина замерла, затих мотор, мужчина бросил, не оборачиваясь:

— Иди в дом.

Я занемевшей рукой открыла дверь, осторожно вылезла с ребенком, ступила на землю, но колени подогнулись.

Прижавшись спиной к джипу, я осела вниз и, отвернув дочь от себя подальше, вырвала в сторону. Меня будто наизнанку вывернули. Я стояла в сырой и холодной слякоти коленями и ничего не могла больше сделать. Сил не осталось, мысли превратились в пепел, а вера в будущее ушла в никуда. В мое горькое никуда.

Над головой мелькнула тень, и я сжалась.

— Укачало? — в голосе ни капли сочувствия, во взгляде злость.

Не дожидаясь ответа, мужчина легко, будто пушинку, подхватил нас на руки и понёс к тёмной безжизненной громаде старого дома.

Злость бурлила в груди, едва не выплёскивалась раскалённой лавой ярости, но я не мог позволить себе обрушиться на Тэкэру. На кого угодно, но не на нее. Только она для меня выше всего мира. Я бы никогда не сумел причинить ей вред… лучше уж себе. Но эта лживая стерва сама себе вредит!

Я не мог понять, о чём она думала. Зачем пошла на опасный… да мать твою! На смертельный шаг. Знала же, что это билет в один конец, не дура же. Фейсам не справиться с Инготом. Это всё равно, что бросаться стаей пекинесов на слона. Раздавит и не заметит. Как ту девчонку с рыжей косой и острым взглядом карих глаз. Я помнил её живой — отчаянную и безнадёжно смелую — и не узнал её труп.

Не допущу, чтобы шавки Ингота добрались до Тэкэры. Но, блять! Эта упрямая женщина ничуть не помогает спасти её. Держится за ребёнка, как за величайшее сокровище в мире… Будто сама его родила.

Верит в это или на самом деле убеждена, что дочь её?

Я отнёс Тэкэру в дальнюю комнату и уложил на большую кровать. Мелкое недоразумение, проснувшись, всё это время рассматривало меня… И взгляд острый. Прямо как у той рыжей, из фейсов.

Я сжал зубы и стремительно покинул комнату.

Раньше Тэкэру не укачивало… Ну разве что раз, когда мы скрылись от преследователей, убегая по горному серпантину. Тогда задержались в лесной избушке на сутки, пока девушка не пришла в себя.

Я осмотрел деревянные стены, голый пол и дёрнул уголком рта: совсем, как тогда. Только ребёнка не было.

Рухнул на стул и, откинувшись на спинку, потёр веки. Дьявол! Разве не понимает, что девочка уменьшает наши шансы вдесятеро? Мелкая совсем. И года, наверное нет.

Мысль вонзилась дротиком, до стона, до напряжённых нервов. Год?! Я выпрямил спину и глянул на закрытую дверь, за которой поселилась тишина.

Я искал Тэкэру полтора года. И, если это действительно её дочь, то…

— Тогда она может быть от меня, а не от того ублюдка, что ползал на карачках, — пробормотал я.

Рывком поднялся и, плюнув на собственное решение дать девушке время прийти в себя, распахнул дверь. Тэкэра дёрнулась, будто от удара, испуганно уставилась на меня. Глаза расширились, в зрачках заплясал ужас.

Я медленно перевёл взгляд с её бледного лица на маленький комочек под боком моей женщины. Девочка снова заснула. Раскинув ручки и ножки в стороны, чуть повернула голову на бок. Глаза закрыты, ротик приоткрыт. При моём появлении даже не шелохнулась. Я шагнул к кровати и пристально всмотрелся в ребёнка. На первый взгляд не уловил и намёка на то, что девочка может быть хоть немного похожей на меня. Рассматривал долго и молча, стараясь не упустить малейшей детали.