Книга Ночь с убийцей, страница 77 – Ольга Коротаева, Диана Билык

Обвив её талию рукой, опрокинул девушку на себя и, отведя волосы с её лица, прикоснулся губами к влажным векам. Прошипел тихо:

— Ш-ш, я никому не позволю дотянуться до тебя. Ни Инготу, ни фейсам, ни кому бы то ни было ещё. — Обхватив её запястье, положил женскую ладонь на свой член. — Что до размера… Раньше тебе это нравилось. Но если боишься, будешь сверху. Контролируй, как глубоко пустить меня. Я буду подчиняться…

Освободив её руку, потянул кружево трусиков так, чтобы ткань, натянувшись, потерла средоточие женственности.

— Нет, — уперлась Влада, — лучше ты… сверху.

Дыхание перехватило, пальцы сжались, стягивая трусики. Так невинно и просто предложить себя, краснея от смущения и не смея поднять головы…

— О, Тэкэра! Я не стану заставлять повторять приглашение.

Миг, и она оказалась подо мной, но я не мог позволить себе поспешность. Так сладко растягивать предвкушение удовольствия до сладкой пытки, до дрожи пальцев, до жажды обычного касания губ, вдоха аромата любимого тела.

Наклонившись, я медленно лизнул нежную впадинку у основания тонкой женской шеи. Волосы мои рассыпались по плечам и, свесившись, пощекотали кожу Влады. Она застонала и, обхватив мой затылок, пропустила пряди сквозь пальцы. Смотрела при этом так, будто сама испугалась своей смелости.

Я снова опустился, не давя на неё своим телом, но позволяя ощутить всю степень моего возбуждения, мягко потёрся о свою женщину, шепнул на ушко:

— Ноги раздвинь.

Легкий выдох через приоткрытые губы, взмах ресниц, и она обвила мои бедра, как лоза, прижимая к себе, направляя к горячей точке. Задышала чаще, глубже, обжигая-опаляя лицо жаром желания, пальчики сжались на моих плечах до сильной боли, а затем переместились и снова спрятались под волосами, вплелись в пряди.

— Знаешь, — тихо проговорила Тэкэра, с придыханием и хрипотцой. Закрыла глаза, скрывая глубокую синь глаз и потянула немного на себя, впуская в глубину. — Когда ты мне снился, я мечтала не просыпаться.

Быть на высшей точке и не упасть в бездну — невероятная удача. Я дрожала под ним, держась за сильные руки, как за трость, что переведет меня через пропасть.

Я не могла его отпустить. Как? Почему? Зачем? И Толя в нашей с Кунаем жизни торчал, как ржавый гвоздь. Я бы хотела никогда не знать его. Никогда-никогда-никогда не целовать его. Не отдаваться…

Тэкэра бы не позволила себя ударить, а я…

— Знаешь, ты снился мне, а я мечтала не просыпаться, — призналась Кунаю, когда он, вытянувшись, на руках, мягко качнулся вперед и коснулся пульсирующего в агонии желания узла. Я сама его пустила дальше. Мне хотелось так сделать, позволить ему, несмотря на сомнения и страхи. Как будто это могло стереть память, все наши грязные и неприятные ночи с Толей. Убить во мне вину, что сбежала, подставила любимого, а теперь еще и не понимала, зачем. Если та, другая я, такая тварь, что способна обмануть и подставить даже верного мужа, я не хочу быть ею. Не буду. Не хочу ее вспоминать, мне хватило сегодня…

Наверное, я невольно сжалась, потому что Кунай насторожился, наклонился. Мышцы на руках выделились, темные вены набухли под смуглой кожей, а черные прямые волосы упали на мое лицо и защекотали губы.

Я прогнала страхи, прогнала неуверенность, впилась пальцами в шелковистые пряди и раскрылась, подавшись вперед, чувствуя, как мощный орган наполняет меня до приятной боли.