Книга Моя мачеха – иномирянка, страница 118 – Ольга Коротаева

— Надо бы навестить девочек в клинике. Амелота, наверное, уже выписалась…

— Какое странное имя, – отозвалась Наташа. – Это пациентка из другой страны?

— Из другого мира, – машинально ответила я и замерла на месте.

Вокруг бегали дети, светило солнце и щебетали птички, а на меня будто обрушился водопад ярких воспоминаний. Раздирая сердце на куски, разбивая щиты забвения, рассеивая туман, который мешал мне дышать. Ведь помнить о нёмбыло сродни слову жить.

Кендан…

Мой дорогой муж!

Дракон.

Я сидела в мастерской и крутила на пальце кольцо. Я так привыкла к нему, что не сразу обратила внимание. Но когда события, произошедшие в другом мире, открылись мне, поняла: это то самое, которое надел на меня Кендан. Но Вадик заметил, что оно похоже на то, которое дарил мне Виктор.

— Я его выбросила в реку сразу после развода. – Боясь поднять голову и встретиться взглядом с друзьями, я спросила: – Вы, наверное, думаете, что я спятила?

— Не важно, что думаем мы, – осторожно проговорила Наташа. – Ты-то как считаешь?

— Ещё утром я думала, что схожу с ума. – Я решительно выпрямилась. – Но я всё вспомнила, Нат! Это было. А эти сны… Они настоящие. Как и мой муж.

— Фиктивный, – вставил Вадик.

— Но люблю я его по-настоящему! – воскликнула я и сжала пальцы в кулаки. – Теперь я это понимаю. И очень жалею, что дала Молари обвести себя вокруг пальца.

— Уверена, что виновата именно любовница твоего фиктивного мужа? – уточнила Наталья.

— Судя по снам, она, – вздохнула я. – Зря я не вышвырнула эту гадину из замка.

— На мороз? – выгнула подруга бровь. – Да ты и крысу не способна убить. Но доброта всегда наказуема, милая. Пора бы уже уяснить это. Ты пожалела змеюку, а она всего лишь затаилась, поджидая удобного случая. И он, разумеется, представился. Она могла наболтать Святейшеству о тебе. Или подлить что-то в чашку Тартана, чтобы он рассказал Реджилду о своём заговоре.

— Вряд ли, – пожал плечами Вадик. – Будь она виновна, тот сэр выгнал бы её. Сейчас весна, не замёрзла бы.

— Он не стал бы этого делать, – возразила я. – Амелота искренне любит Мол. Кендан будет терпеть её присутствие ради дочери. И во сне Молари отрицала свою вину.

— Сказать можно что угодно, – отмахнулась Наташа. – А вот дела её мне не нравятся. Ясно же, что твой любимый вернул тебя домой, чтобы спасти от смерти. Иначе не стал бы он такими красивыми жёнами разбрасываться.

— Или он меня ненавидит, – вздохнула я. – Как всех ведьм.

— Он сказал, что ты жрица, – покачала подруга головой. – Дочь той богини… Кстати, помнишь, как адвокат перевёл твою фамилию? Она произошла от Блэгъожъ, это значит…

— Старая змея, – кивнула я. – Или дракон.

— Ты точно из особого рода, – покивала Наташа. – А ещё ты сказала, что всегда ощущала огонь. А сила ведьмы – это лёд, противоположная стихия. Ну?

— Возможно, ты права, – сдалась я и зарылась лицом в ладони. – Но что это меняет? Я тут… А он там. И ему плохо! Очень плохо!

— Поделом, – буркнула подруга и, когда я подняла голову, белозубо улыбнулась. – Проблемы нужно вместе решать. Это и называется семьёй. Да, Вадик?

— Конечно, любовь моя, – хмыкнул он. – Я всегда сделаю вид, что твоё решение – наше обоюдное.

— Смотри, ядом не подавись, – ласково посоветовала Наташа и посерьёзнела. – Тогда надо думать, как вернуть тебя мужу. Итак, что там твоя обиженная ведьма оставила? Камень, ёлка и кольцо.