Книга Моя мачеха – иномирянка, страница 31 – Ольга Коротаева

Он посмотрел мне в глаза, а я постаралась улыбнуться в ответ и больше не сопротивляться слишком интимным объятиям.

Я сыграю. Не впервой.

— Вот так? – Потянувшись к нему, ласково погладила по щеке.

— Неплохо, – одобрил соэр. – И последнее…

Он наклонился, и у меня сердце пропустило удар.

Неужели и целоваться придётся?!

В дверь тихо постучали, и она тут же открылась. Я машинально отпрянула, но упёрлась спиной в один из ящиков. Затылком почувствовала тёплую ладонь соэра, который успел уберечь меня от удара головой, и шепнула:

— Извините.

— За что? – приподнял он бровь и, не меняя позы, холодно поинтересовался: – Ты услышала предложение войти, Молари?

Молодая женщина оторопело застыла у входа.

— Я… – запнулась она.

Смотрела на нас так изумлённо, словно знала о фиктивности нашего брака. Но, увидев, что Кендан удерживает меня за затылок и смотрит так, будто собирается поцеловать, растерялась.

— Как же так?!

Голос её прозвучал плаксиво, и я утвердилась в том, что соэр что-то рассказал любовнице. Но сейчас давал понять, что она не имеет права входить в его спальню, как привыкла раньше.

— Не слышу ответа. – Голос Кендана зазвенел сталью, и женщина вздрогнула.

— Я отвезла Амелоту, – торопливо отчиталась она.

— Сообщить об этом было для тебя настолько важно? – не оборачиваясь, уточнил мужчина. И приказал: – Оставь нас. И впредь не смей заходить без приглашения.

Молари дёрнулась, как от удара. А затем мне достался такой взгляд, что я вжалась спиной в ящик. Ощутив это, соэр добавил:

— Раз тебе нечего делать, займись приготовлением комнат для моей супруги. Чтобы к вечеру все вещи были перенесены.

Женщина выпрямилась и, побледнев, ледяным тоном спросила:

— И какие комнаты вы отвели для сейры Стенси?

— Все расположенные от нашей спальни до комнат Амелоты.

— Но это же…

Заметив её ярость, я перевела взгляд на соэра. А услышав, как хлопнула дверь, улыбнулась ему. Кендан, не откладывая в долгий ящик, указал любовнице место, и мне это понравилось.

Игра началась.

Но всё же хотелось удержать её в строгих рамках. Пока мужчина не вспомнил о «тренировке», поспешила задать давно мучивший меня вопрос.

— Вы упомянули, что меня вам предсказали. Расскажите об этом.

— Позже. Мне нужно привести себя в порядок с дороги.

Он сделал шаг назад и принялся расстёгивать камзол. Я торопливо развернулась к мужу спиной.

— Приказать приготовить для вас ванну?

— Элеви уже должна сделать это, – было ответом.

— Я проверю.

Ухватившись за первый попавшийся повод, я поспешно сбежала. Но не стала искать предательницу, а направилась прямиком к падчерице. Проходя по коридору, заглянула в пару распахнутых дверей. В первой комнате, где мебель была покрыта тканью, суетились слуги. Во второй лицом к окну стояла Молари, а рядом топталась Книсска.

Не желая привлекать внимания, я тихонько проскользнула мимо и, приблизившись к спальне девочки, постучала.

— Амелота, можно войти?

Дверь распахнулась, и я увидела девочку. Наградив меня странным взглядом, она развернула коляску и начала отдаляться, но я положила ладонь на плечо Амелоты, и она замерла.

— Ты расстроена? – проанализировав состояние ребёнка, предположила я. – Тебе не нравится, что мы с Молари не нашли общего языка?

Она молча кивнула, и я досадливо поморщилась. Но и её можно было понять. Эта женщина была рядом долгие годы, моя падчерица наверняка привязана к ней. Может ли это чувство быть настолько сильным, что дочь соэра будет и дальше закрывать глаза на пакости? Или считает эту вражду правильной? Нет, Амелота сказала, что хочет моей любви.