Книга Моя мачеха - землянка 2, страница 72 – Ольга Коротаева

— Что это было? — настороженно спросил Айканар. — У кого лини Кнэссэ?

— Разве не понятно? — горько улыбнулась я. — У Валанте. И он хочет выманить меня отсюда, послав такую страшную… подсказку.

— Как поступим? — деловито поинтересовался маленький глава клана Орьил. — Нас мало. Не победить.

— Знаю. — Я покосилась на притихшего Ника и нервно прикусила кончик ногтя.

Я очень надеялась, что дети не успели понять, что именно выпало из сорея. Но, судя по поведению Айканара, один точно догадался. Мальчик собрался и будто стал выше. Взрослее. Сердце защемило от мысли, что у него отобрали детство так же, как некогда у Такета.

Жернова жестоких порядков Луниана перемололи и выплюнули немало судеб. И даже планета Сусайя опустела из-за жажды власти и силы иха. Валанте ни перед чем не остановится. Он уже знает, что я на планете. И про Доминика тоже. Слабая женщина с ребёнком. Так говорил Луин, когда спрашивал, какая правда мне нужна?

Я осторожно посмотрела на сына. Как мне защитить его? Мы с Айканаром можем попытаться сбежать, но он не покинет эту планету. Откуда-то я знала, что сердце планеты не преобразит его, как меня или Кнэссэ. Сорей вдыхали только женщины. Обычные становились провидицами, а высшие — драконицами.

— Какое тебе дело до надменной и завистливой женщины? — подал голос Луин. — Она бесполезна.

Я сжала губы, сдерживая крепкое словцо. Этот человек неисправим! Когда гнев отпустил, постаралась объяснить:

— Она попала в беду из-за меня.

— Это преувеличение, — возразил он.

— Её нельзя бросить, — продолжала я.

— Кто сказал? — выгнул целитель бровь.

— Я! — Попыталась придавить его взглядом, но Луин лишь усмехнулся. Тогда я подалась к нему и зло процедила: — Если мы останемся, то он сбросит в сорей ещё…

Осеклась, ощутив, как затылок стянуло льдом лишь от предположения. В том, что Валанте именно так и поступит, я не сомневалась. Поэтому решительно заявила:

— Я не могу позволить сыну увидеть то, что могла бы предотвратить!

— Говоришь как Такет, — фыркнул невозможный человек, которому не было веры.

Или всё же была?

У меня мурашки побежали по телу от неожиданно возникшей идеи. Опасная, она могла изменить противодействующие силы и даже привести к смене власти, но…

«Другого выхода нет», — обречённо вздохнула я.

Поступать, как предлагал Луин, нельзя. Отсиживаться в пещерах, зная, что Кнэссэ мучительно убьют, я не могла. Неторопливо приблизившись к Айканару, положила ладонь на плечо мальчика.

— О тебе они не знают. Лети на Луниан и передай Такету то, что я скажу…

— Ты всё ещё моя семья, Роза! — Перебив меня, он глянул исподлобья. — Хали моего отца! И я счастлив назвать твоего сына братом. Если ты решила сражаться за жизнь лини Кнэссэ, я буду биться вместе с тобой!

— Ты такой смелый. — Я обняла Айка и закрыла глаза.

По щеке скользнула горячая слеза.

Шепнула на ухо:

— Я была бы счастлива назвать тебя сыном. А ещё ты весь в отца! Сначала думаешь о подданных, затем о близких и в последнюю очередь о себе. Поэтому ты послушаешься и полетишь.

Я не собиралась вступать в борьбу. Это было бы самоубийством. Одна слабая лини и подросток не выстоят против десятка сильнейших иха.

Поэтому я решила сдаться.

Мы с Луином обсуждали, как всё пройдёт.

— Доставишь меня, — пожимала я плечами. — Скажешь, что сама сдалась. Как ты и сказал, одинокой женщине с ребёнком здесь не выжить.