Книга Няня для тайной дочери драконьего военачальника, страница 53 – Ольга Коротаева

— Вообще-то василиски не жалуют зелья. Считают, что пользоваться ими унизительно. Обвинение было воспринято, как оскорбление. До расследования послов не допустили, а потом это стало не важно. Начала война.

— Ясно, — смотрю на мужчину, который не обращает внимания на Ирвина, будто того нет рядом, и вдруг возникает мысль. Прошу пиктана: — Посторожи в коридоре, чтобы никто не заходил сюда. Сможешь?

— Запросто, — ухмыляется тот, но взгляд серьёзен. — Ты же помнишь, что я воин?

— Не собираюсь я причинять вред твоему обожаемому генералу, — отмахиваюсь я. — Наоборот, хочу вернуть его нормального. Таким он жутко пугает!

«И заставляет мечтать о дне, когда бы посмотрел на меня вот так нежно без всякого колдовства».

Когда дверь за пиктаном закрывается, я смотрю на генерала, который кажется таким молодым и наивным, что даже становится тоскливо. Ведь я не видела его в то время. Он даже не знал об актрисе из другого мира. Собственно, и сейчас не очень-то в курсе. Или я ошибаюсь?

На самом деле, не только этот человек для меня загадка. Тот, кого я каждый день вижу в зеркале, ещё большая тайна. Сны о кинжале, неясные слова, которых я не понимаю, а ещё хвост! Вот его проигнорировать никак не получается.

— Опоила, — глядя на улыбающегося мужчину, бормочу я и решаюсь спросить: — Я вас чем-то угощала?

— Тс, — он снова опасливо косится на дверь. — Если твой отец узнает, нам конец.

— Что? — у меня холодеет спина. — Вы повторяете то, что уже говорили.

— Не говори, что я оказался прав, и на его жизнь покушались. Как он? Сильно пострадал? Нет… Лучше скажи, как он намерен ответить? Поведёт василисков на Гринн?

Давит тяжёлым взглядом, а я решаюсь попробовать то, что пришло на ум.

«Хуже ведь не будет?»

И тихонечко начинаю насвистывать. Сначала Вурф замирает, потом втягивает голову в плечи и обнажает зубы в болезненном оскале. Хочется завершить на этом эксперимент, но вдруг понимаю, что не могу остановиться. Тело начинает жить своей жизнью, и кроме насвистывания ещё и хвост поднимается.

Он покачивается мерно, как метроном, разве что не тикает при этом, и эмэр двигает в такт головой, а взгляд мужчины становится пустым. Музыка, которую я сейчас насвистываю, мне незнакома, но она такая грустная, что у меня по щеке ползёт слеза.

Вдруг замечаю, что глаза Вурфа тоже влажно блестят. Более того, мужчина начинает тихонько мне подпевать! Надо бы остановиться, не к добру это всё, но моё тело не слушается. Я двигаюсь вперёд и мельком вижу себя в зеркале…

«Кто это⁈ — ужасаюсь при виде вытянувшегося лица и острых клыков, как у вампира. — Неужели, я полностью превращаюсь в василиска?»

В панике не знаю, что делать, и уже жалею о том, что затеяла этот эксперимент, как вдруг в окне появляется Краас. Твердолобый вислобрюх врезается в стекло, распахивая створку и с диким мяуканьем летит в нашу сторону.

При виде меня с острыми зубами он, вытаращив глаза, машет лапами, будто пытается затормозить в воздухе, но у него не выходит, и лишь тонкая жёлтая струйка золотится в лучах солнца, опадая на ковёр.

Ещё секундная, и Краас меня пометит! Эта вероятность настолько ужасает, что я перестаю петь.

— С-с-стой! — вдруг удаётся произнести мне.

И кот зависает в воздухе.

В окно заглядывает Эллеш, и я вздрагиваю: