Книга Пышка из другого мира, или Как стать стройнее всех, страница 43 – Ольга Коротаева

Та ещё бородатая саранча!

Сразу стало понятно, почему эльфы до смерти боялись попасть в такое общество. Мне тоже захотелось сбежать сразу, как меня одновременно погладили по бедру, шлёпнули по филею и даже попытались поцеловать в прыжке!

«Для них женщина — это всё, что чуть красивее холмогора», — в ужасе вспомнила я и прижалась к Гаррагу.

— Главного в мой шатёр! — приказал вождь орков и направился к себе.

Как ни странно, внутри не было ни одного гнома, что намекало, что у существ всё-таки присутствовало чувство самосохранения, и Гаррага они откровенно боялись.

Вождь уселся на своё место, Шарн замерла за его спиной, Рыых остался у входа, а я скромно устроилась на полу у ног вождя. На данный момент это было самое безопасное место во всём племени. Не говоря о том, что Гарраг опёрся рукой о своё колено и я могла любоваться Оком Драгга, с помощью которого мечтала вернуться домой.

Через несколько минут вошёл толстый орк, который держал за бороды сразу шесть гномов. Те даже не сопротивлялись! Висели, как уродливая гирлянда, беспомощно болтая руками и ногами. За толстяком ввалился Игран.

— Главный по отлову лягушек, — начал громко перечислять он, — главный по сушке желёз, главный по сбору яда, главный по…

— Кто из них самый-самый главный? — нетерпеливо перебил Гарраг.

— Я! — хором выдали бородатые колобки.

Вождь махнул рукой:

— Отпусти.

Орк разжал толстые зелёные пальцы, и гномы брякнулись на пол, но тут же подобрались и сели чинно, как было у нас приюте, когда приходили проверяющие. Толстяк вышел из шатра, а повар остался.

Вождь сразу приступил к переговорам:

— Почему вы против осушения болот?

— Еда, — пискнул один колобок и принялся усиленно строить мне глазки.

— Яд! — выдохнул второй и, глянув на меня, зашёлся в нервном тике левого глаза.

— Деньги, — заулыбался третий, подёргивая кустистыми бровями.

И так далее. Из коротких, как выстрелы, высказываний гномов, стало ясно, что кусачие зубастые лягушки для них — «всё». Мясо ели, кожу выделывали и шили одежду, зубы рядами вставляли в палки и получали орудия труда, ядом натирались, чтобы избавиться от укусов насекомых, которых обитало великое множество на болотах, высушенные ядовитые железы продавали, как жгучую приправу, и даже из внутренностей умудрялись делать мазь для роста бороды!

А тут пришли холмогоры и принялись осушать болота. Пищевая цепочка была нарушена.

— А кому принадлежит земля, на которой вы отлавливали лягушек? — заинтересовалась я.

— Никому, — выпалил гном.

— Болота, — пожал плечиками второй.

— Какая разница, болота или нет? — деловито возразила я. — Там, откуда я приехала, принято платить хозяину за то, что промышляешь на его земле. Нужно получить разрешение на охоту и заплатить налог с добычи!

Гномы притихли, а Гарраг удовлетворённо хмыкнул. Ответ на мой вопрос стал очевиден, и я добила:

— Если промысел вёлся без разрешения, то это называется браконьерством, и за подобную деятельность положен штраф.

— Пятьдесят целтов в общий котёл! — рявкнул Гарраг, и гномы разом открыли рты.

А вождь кивнул мне, разрешая продолжать, и я улыбнулась, мысленно обещая не обмануть ожиданий своего босса:

— На будущее мы можем предложить вам особые условия для охоты на наших землях. Мы не станем осушать все болота, но оставим лишь то количество, чтобы вам было достаточно лягушек, а нам они не мешали комфортно жить. То есть, вы будете обязаны охотиться только там, где разрешено, платить налог сушёными железами…