Книга Боевой гламур, страница 55 – Ольга Коротаева

— А почему его называют Шаманом? – негромко уточнила Кира.

Она тоже ёжилась и косилась на тёмного мага с опаской.

— История умалчивает, – пожал Лекс плечами и криво ухмыльнулся. – Уверен, что он нагнал тумана, чтобы окружить свою личность тайной. Никто не знает, где он живёт. Настоящим именем Шамана даже преподаватели не называют. Но самое странное, что этого парня ни разу не застукали с девушкой!

Я облегчённо перевела дух – за Коу можно не волноваться. Скорее всего, та девушка тоже побаивается Шамана, вот и поглядывает. А чего его бояться? Вот мой магистр гора-а-аздо страшнее! И ничего…

Совсем ничего!

Вспомнив нашу ссору, я помрачнела и, оставив сплетничающих друзей, уселась на подоконник между Коу и Шаманом. Настроение было препаршивым, в груди ныло, и каждый раз, когда я мысленно прокручивала разговор с мужем, к глазам подкатывали слёзы.

Я так соскучилась! А Элевиз будто ледяная глыба. Что делать, если Тродо разлюбил меня? Даже дыхание перехватило от ужаса. Я не представляла себе будущего без моего магистра.

— Машка, – позвала меня Кира. Я вздрогнула и вопросительно посмотрела на подругу. – Что-то случилось? На тебе лица нет.

Я помотала головой. Конечно, молчать о своих переживаниях было сложно, но я держалась, потому что обещала Тродо хранить наш секрет. Сказала:

— Мне просто скучно.

— Представь, каково мне и Шаману, – закатил глаза Лекс. – Третий год одно и то же!

Услышав своё прозвище, темноволосый повернул голову и придавил нас тяжёлым взглядом чёрных глаз. Мои подруги опустили головы, парни отвернулись, а я из гордости лишь прищурилась, внимательно рассматривая третьекурсника.

А ничего так… Можно назвать симпатичным, если бы не выражение лица, соперничающее по живости с могильной плитой. Сравнение мысленно вернуло меня в прошлое, когда на каникулах, вместо того чтобы наслаждаться своим магистром, я проводила дни и ночи на кладбище.

Злость росла и крепла. Что будет делать Тродо, если я притворюсь влюблённой в кого-либо другого? Вот, допустим, в этого Шамана. Какая разница в кого? Главное – в отместку за холодность довести декана факультета боевиков до белого каления!

Я, не отрываясь, смотрела в глаза брюнету. Он приподнял брови, мол, чего пялишься, первачка? Я наклонила голову набок, как птица, и дёрнула уголком рта. Вроде как ответ – хочу и пялюсь.

И тут здание ощутимо тряхнуло, как было однажды на выездном соревновании. Тогда моя соперница повредила ногу, после чего у Рудаковой развилась фобия.

— Землетрясение! – взвизгнула Кира и вцепилась в того, кто был ближе всех. Коу зашипел от боли – хватка у моей подруги железная!

Всё это я отметила боковым зрением, поскольку вдруг поняла, что не могу отвести взгляда от совершенного лица Шамана. Миндалевидные глаза цвета ночи, волевой подбородок и острые скулы. Боже, да он само совершенство! Между нами будто проскочила искра, и в груди стало тепло-тепло.

— Смотрите! – крикнул кто-то. – Фонтан стал розовым!

— Прошу соблюдать тишину! – рявкнул магистр Тродо.

Ещё вчера я бы подскочила и с бешено бьющимся сердцем любовалась Элевизом. Но сейчас вдруг осознала, что не такой уж он крутой и привлекательный…

Как Шаман.

Вокруг нас будто бабочки запорхали, в воздухе поплыли какие-то невероятные флюиды, а кровь неслась по венам со скоростью болида. Мне стало всё равно, что происходит вокруг, я смотрела лишь на Шамана. Тёмный нахмурился и как-то тревожно повёл плечами, словно ощутил приближение трындеца.