Книга Поцелуй в новогоднюю ночь, страница 5 – Ольга Коротаева

«С Нового года», — напомнила себе мысленно и чертыхнулась, вспомнив разговор Руслана и его пассии.

Мда. Любимый уходит, а его привычки с тобой остаются… И ведь прошло уже не так мало времени. Я уже поняла, что Руслан не вернётся, что вполне себе счастлив со своей «рыбиной», как я её обзывала про себя. И как бы я ни пыталась обращать внимание на недостатки девушки и люто ненавидеть её, считать акулой, что увела чужого мужчину, понимала…

Что? Да всё! Она красива, успешна, вешается на Руслана так, будто он единственный мужчина в мире. А ему всё это нравится — это видно невооружённым взглядом. А я, как сказал Лекс, выгляжу так себе…

Нет, он как-то иначе выразился, но сути это не меняет. В глазах Руслана я часто видела, что он недоволен моим внешним видом. Бывший пытался изменить меня: то просил надеть что-то короткое и откровенное, то дарил на праздник яркую помаду. Я же ненавидела свои худые ноги, а с алыми губами смотрелась, как ночная бабочка. Вот он и нашёл ту, что согласилась выглядеть, как попугай.

Вдруг меня объяла такая злость, что на миг перехватило дыхание. Я пыталась быть лучшей для Руслана! Да, не всё получалось. Но я и готовить научилась, и физику эту чёртовую освоила! В школе получала трояки, а когда переехали, и надо было выживать, быстро сообразила, что к чему, и шпарила курсовые так ловко, что ко мне очереди выстраивались!

А ему нужна короткая юбка и помада? Да пусть жрёт её теперь килограммами, всасываясь в пухлые губы своей «рыбины»! А я задержусь здесь. Немного. Пусть будет мини-отпуск!

Я подошла к окну и, бросив пуховик на кресло, облокотилась на подоконник.

Как красиво…

Внизу раскинулся великолепный сад с множеством сверкающих золотым песком дорожек и цветов всех оттенков радуги. Такой яркой зелени я не видела ни в родном городишке, ни в столице. Ну разве что на головах у некоторых особо смелых девушек, предпочитающих красить волосы в травянистый тон.

Вдалеке призывно поблёскивали серебристые воды. Блики убегали к горизонту, в определённый момент сливаясь с линией горизонта, над которой медленно и горделиво проплывали кучерявые облака.

Если бы не эта умопомрачительная красота, не море, к которому я всегда мечтала поехать. Если бы не дикая всепоглощающая злость на Руслана, который, прежде чем поцеловать свою девушку, убедился, что я смотрю на них. Решила бы я немного повременить с высказыванием королю всего, что я думаю о его методах подбора пассии для сына?

Я выпрямилась и оглянулась на кота.

— Не поверишь, но мне здесь нравится.

— Ты права, — услышала хрипловатый ответ. — Не поверю. Но мне здесь тоже нравится.

Пока я оторопело смотрела на кота и пыталась убедить себя, что животные не разговаривают, что кто-то подшутил надо мной, в дверь постучали. Не дожидаясь приглашения, в комнату вошли две девушки. Они бережно несли сверкающее серебром платье до пят, с настоящим корсетом и пышными юбками.

— Что это? — отпрянула я и помотала головой: — Я это не надену… Вы бы ещё туфельки хрустальные притащили!

— Туфли! — уронив руки (вторая с оханьем подхватила упущенный подол), простонала та, что пониже.

— Беги! Чего стоишь? — шикнула на неё высокая худышка, явно обладающая большим авторитетом.

Потому как первая рванула с места в карьер, будто опаздывала на занятия к ворчуну Аристову. Хотя, возможно Руслан врал про строгого препода, третирующего его и навешивающего дополнительные занятия, а сам в это время занимался вовсе не изучением трудов античных философов.