Книга Мент и ведьма. Встреча с тенью, страница 19 – Ольга Коротаева

— Что со мной? — говорю и не узнаю этот визгливый голосок.

Поднимаюсь с дивана, стараясь не смотреть на мокрое пятно на обивке. Хорошо, что я не ощущаю запах. Но всё равно противно.

Шагаю медленно, осторожно, цепляясь руками за стены и предметы. Как я столько лет ходил и ни разу не размышлял, когда начать движение, когда его закончить? На инстинкте, на ощущениях, не обдумывая каждый шаг, каждое движение. Вдавливаю ли я стопу? Могу ли уже перенести вес тела на другую ногу? Правильно ли расположено колено?

Добравшись до коридора, я уже был внутренне измочален. Как обстояло дело с телом, я не ведал. Оно вроде слушается, но такое неуклюжее, непонятное, неповоротливое. В коридоре вариных туфель не увидел. Значит, она ушла.

Вздыхаю и, цепляясь за косяк, разворачиваю тело к лестнице. И с ужасом смотрю в зеркало, мгновенно забыв обо всём. Моего отражения нет. Вместо него в зеркальной поверхности наблюдаю нашего Медведа. Как если бы я стоял перед зеркалом в шляпе, а в спину мне направлен яркий луч.

Тень наплывает на меня, затягивает в тиски неконтролируемого страха, застилает всё вокруг. И я уже не понимаю, где я и что происходит. Я не вижу никаких красок. В мире нет больше никаких красок, никаких эмоций, всё одинаково чёрное. И в этой черноте вижу серебристо-серый шар. Он становится всё больше и объёмнее. В какой-то момент я осознаю, что поверхность вовсе не выпуклая. То, что я принял за шар, оказалось огромным вогнутым зеркалом. А перед ним маленькая тёмная фигурка. Мужчина лет пятидесяти в пальто и шляпе…

Скрип двери немного привёл меня в себя, и я смог наконец оторвать взгляд от тёмного силуэта. К миру медленно возвращаются краски. Но тело обмякает, сила уходит из рук, я заваливаюсь на бок, который так и остаётся бесчувственным.

— Вот он, — слышу.

Варя. Она вернулась. Глаза с трудом открылись. Вижу, что следом за девушкой в дом заходит лохматое существо с сине-зелёным лицом.

— Марфуша, — изумлённо протянул я, едва ворочая языком.

— Для тебя, мент, — прогнусавила тётка, — я Марфа Никодимовна.

Я растерялся, посмотрел на Варю. Та, избегая моего взгляда, обратилась к бомжихе:

— Ну что, тень с ним?

— А ты не видишь? — усмехнулась та, кивая на зеркало. — Туточки родимый.

Варя уставалась в зеркало, лицо её становилось всё белее.

— Что делать? — упавшим голосом спросила она.

Марфуша засуетилась, вытаскивая какие-то тряпки из старенького некогда розового детского портфеля с полустертыми изображениями винкс:

— Сначала закроем ему глаза.

Варя бросилась помогать подруге занавешивать своё зеркало драными покрывалами, которые Марфуша притащила с собой. И сейчас я был даже рад своей нечувствительности, поскольку даже не мог представить царящие в доме запахи. В другой ситуации я бы давно уже не мог дышать, задушенный аллергией.

— Теперь чего? — отдуваясь, переспросила Варя.

Бомжиха не отвечала, придирчиво рассматривая сооружённый на зеркале кокон. Тогда Яга обернулась ко мне и, уставившись на моё плечо, напряжённо уточнила:

— Ты как, нормально? Как себя чувствуешь?

Я горько хмыкнул:

— Всё ещё никак. Спасибо, что спросила.

Варя осторожно, как пугливая птица, готовая вспорхнуть в любой момент, глянула мне в глаза. И чего-то увидев там или не увидев, облегчённо вздохнула. Мягко улыбнувшись, пообещала: