Книга Моя очаровательная экономка, страница 40 – Ольга Коротаева

— А потом в конторе в помине не будет нас, — буркнул Люк. — Всех уволят с такой статьёй, что и в глубинке не устроиться на работу будет. Через неделю Ифа вспомнит, что, кроме тварей, существуют и люди, поэтому будет бродить по пустынным кабинетам и, завывая в колбу, звать маму… То есть Циару.

Начальница показала громиле свой маленький костлявый кулачок, и Люк восхищённо сравнил его со своим мизинцем.

— Растёшь, Ройл! Ешь побольше творога, мой тебе совет.

— Сам им и пользуйся, — огрызнулась начальница. — Больше жуй, меньше говори. Особенно дурацких советов. Премия целее будет!

Люк поспешно закрыл рот, а я подтолкнула енота, упакованного так, что он походил на бронтозавра. Чаромодифицированного, конечно же.

— Будь умничкой, и я тебе пузико почешу.

— Ты обещала! — воодушевился зверёк и шустро юркнул вниз.

— Кстати, — потянула меня за локоть Ройл. — Думала, не понадобится, но вижу, что лучше отдать. Это от Ифы. Зелье от магической чесотки. Но…

Она многозначительно замолчала, и я, сунув пузырёк в карман, понимающе усмехнулась:

— Давай начистоту. Что за побочки?

— Возможны головокружения и галлюцинации, — виновато, словно это она зелье сделала, призналась Циара.

— Этого у меня и без зелий хватает, — фыркнула я, вспоминая чудное явление министра без пижамы. Чудное до головокружения! — Ну всё, ребята, соберитесь. Будьте готовы к зачистке по первому зову…

— Может, сразу с тобой пойдём? — насупился Люк.

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍— Спугнёшь, — осадила его начальница и кивнула мне: — Ни пуха ни пера!

— Ни когтя, ни хвоста, — привычно огрызнулась я и осторожно прокралась в подвал.

Надеясь, что множество запахов, которые остались после следаков, собьёт лиса с толку, а голод выманит тварь и заставит пойти в ловушку, я прислушалась. Шорохи, доносившиеся снизу, могли быть вызваны и Бальтазаром, и нашей целью, пока трудно сказать, удалась ли моя хитрость.

Шаг за шагом я продвигалась между гор мусора, разматывая последнюю катушку алой нити. Запаковывая каждую петлю так, что от моих чар уже заметно светился воздух, педантично обрабатывала угол за углом, не пропуская ни шага. Я сегодня же поймаю эту тварь!

Вдруг языком пламени мелькнула рыжая клякса. Лизнула стену и рухнула на сжавшегося в комок броненосца… То есть крысоносца! То есть Бальтазара. Енот, чудом извернувшись, цапнул лиса за хвост. Ухватившись длинными тёмными пальцами за пышную шкурку, он намертво прицепился к зверю. Тот, взвыв громче, чем медведь в рупор, заметался по всему подвалу.

В стороны праздничным салютом полетели тушки крыс, клочки рыжей и чёрной шерсти. Запинаясь за магические нити, твари застревали в ней, как в паутине, рвались дальше. И через некоторое время по полу уже катался аккуратно спелёнатый рыже-чёрный кокон. С одной стороны из него торчала оскаленная пасть енота с рыжим хвостом, будто в капкане зажатым в блестящих зубах. С другой — вытаращенные от священного ужаса глаза чаромодифицированного хитреца.

— Зачистка! — натягивая нить, крикнула я.

Раздался звук торопливых шагов, и подвал наводнился людьми. Тут были и наши. Люк, схватив за хвост, пытался отодрать лиса от енота, но через пару секунд в лапах моего приятеля остался лишь белый пух и несколько рыжих клочков. Лис, претерпев скоростную эпиляцию, скорбно клацнул зубами и выпустил в воздух струю зачарованного газа.