Книга Украденная невинность, или Право первой ночи, страница 21 – Ольга Коротаева, Надежда Олешкевич

— Иллар, — спустя полчаса позвал Хорс. Он только что выпроводил перепуганных и ничего не понимающих первокурсников и спешил предостеречь меня, — ты все слышал?

Губы мои растянулись в улыбке. Я вышел из-за ширмы и поинтересовался:

— Что же тебя взволновало, мой друг.

— Только не наделай глупостей.

— Не понимаю, о чем ты, — обронил я и направился к выходу.

— Иллар?

Я обернулся.

— Вижу, ты больше не собираешься бросать учебу.

— Обстоятельства изменились, — пожал я плечами и покинул лабораторию.

Правда, тогда я еще не знал, как скажется на мне действие сизого дыма. С того момента каждую ночь, стоило уснуть, дух переселялся в чужое тело и был заточен там некоторое время. Это изматывало. Разум сильно уставал. День плавно перетекал в ночь, и та тянулась мучительно бесконечно. Первое время все происходило бестолково и беспорядочно. Я ходил с синяками под глазами, прыгал то в раньше времени приехавшую третьекурсницу, то в старика Эдварда, который вечно в темное время суток бродил по территории академии и следил за порядком, то в сторожевую собаку. Прыжок в последнюю запомнился больше всего. После него мне несколько часов беспощадно болела голова и собственное тело плохо слушалось.

Страдали все. Хорс и пятерка поступивших студентов-первокурсников оказались под присмотром группы преподавателей. Ночные прыжки отличались друг от друга. У кого-то это больше напоминало сон, кому-то повезло меньше, и они мучались целую ночь заточением в чужом теле, где ощущаешь себя, будто в клетке. Я сначала тоже не мог понять, как все работало и можно ли от этого избавиться. Но потом мне вспомнились слова дэ Мьюви про самоконтроль. Он-то и помог научиться управлять телом, в который вселялся мой дух.

Свадьба Эмилии и ищейки тоже состоялась в академии по причине запрета покидать эти стены. И как тут не воспользоваться моментом? Разве я мог упустить шанс отомстить ей за неумение пользоваться своим даром? Насолить подпортившему мне жизнь Хансэну? Потрепать нервы самому принцу, которого ненавидел всем сердцем? И все одним единственным поступком! Правда, пришлось приложить немало усилий, чтобы научиться настраиваться на нужного мне… кхм… человека. Чтобы подобрать момент. Чтобы вселиться именно в Вилайна. Чтобы подставить его благодаря заявленному праву первой ночи и этим унизить младшего дэ Ритэна, а также надругаться над ней…

Я вынырнул из воспоминаний и провел бутоном черной розы по щеке Эмилии. Девушка вздрогнула и подняла на меня глаза цвета вод Южного моря. Однако мне больше понравилась мимолетная улыбка, появившаяся от прикосновения нежных лепестков к ее коже, но которая растаяла при виде меня.

Отомстил, называется! И подставился сам.

— Боишься обычного цветка?

Она нахмурилась, явно собираясь сбежать, как в прошлый раз.

— Или того, кто его дарит?

Я сел на скамейку, выдерживая приличное расстояние. Взгляд скользнул к губам, с которых четыре дня назад срывались будоражащие кровь стоны. Сглотнул. Снова сдержал поток ругательств на Вилайна, вытолкнувшего мой дух из его тела в пиковый момент. За миг до высшего наслаждения…

— Что вам от меня нужно? — с опаской спросила Эмилия.

— Скандальная популярность еще не делает тебя центром вселенной — не всем от тебя что-то нужно.

— Разве? — грустно усмехнулась девушка и часто заморгала, будто сдерживая слезы. — Как-то за последние дни у меня сложилось другое впечатление.