Книга Стая, страница 132 – Ольга Коротаева

Шурш. Кота вновь затаила дыхание: неужели? Как скоро… Впрочем, волчице это только на руку. То есть, на лапу. То есть, на клык. Так и произошло. Шурш. Клац. Тихое ворчание. Тягучая капля слюны, стекающая по лоснящейся на утреннем солнышке гладкой шкурке. Кап. Круглый след в тонкой крупке песка. И еще один, рядом. Багряно-красный.

Слух отметил тонкий писк ужаса, донесшийся из маленькой, едва приметной щелки в камне. Другие тушканы уже знают, что один из них в лапах хищника. Ждать дальше абсолютно бесполезно… да и охотиться сегодня на этом плато. Ни один из тушканов до заката не покинет свое прибежище. Но Кота и не собиралась дальше ждать. Добыча в зубах, настроение еще более яркое, чем утреннее солнышко, подмигивающее с прямой ветки горизонта, словно некая чудная птица. Вскочив, волчица стремглав помчалась вперед, будто хотела поймать и эту наглую, сияющую от счастья, птаху.

Жесткий ветер хлопал по поджарым бокам, одаривал дождем мелкой пыли. Но та лишь полировала золотую шерсть, отскабливая махонькие крошки грязно-коричневого цвета. Рваное дыхание. Скрежет когтей о камень. Безвольно болтающаяся головка дохлого тушкана. Слюна, разлетающаяся крупными каплями. Кота не была так уж сильно голодна, но запах свежей крови щекотал ноздри, небо трепетало от предвкушения вкуса еще теплой плоти.

Теплой… Волчица приподняла верхнюю губу, в чудовищной улыбке обнажая белые клыки. Горячее дыхание мужчины вновь коснулось ее. Нежность сильных рук, томная ласка, прикосновение к чувствительной коже… порой преображающейся в пушистую шерсть. Но Лая это не волновало. Голубые глаза сияли страстью, губы шептали сладкие слова, жадно прикасаясь к затаенным местечкам. Светлое, яркое, покалывающее счастье закружило вихрем, заставляя бежать еще быстрее…

Неожиданно из-за поворота возник человек. Сильные ощущения от воспоминаний притупили бдительность волчицы. Она пропустила все признаки чужака. Еще более темный, чем люди из племени хорко с плато Борх, мужчина был в набедренной повязке ярко-зеленого цвета и в легком жилете, некогда бывшим нижней рубашкой какой-то невезучей дамы. В руке он держал короткое копье. Лицо, обезображенное шрамами, выражало крайнюю степень ужаса.

Застыв, туземец обреченно наблюдал, как навстречу ему несется огромный страшный зверь, шкура которого горела на солнце, а сзади струился красноватый шлейф пыли. Казалось, чудовище летит быстрее ветра. Красные глаза, огромные зубы и крупные капли слюны не давали жертве надежды на спасение. Тонкое древко выпало из ослабевших пальцев и покатилось вниз по склону, издавая неровную мелодию постукиваний.

Коте от непереносимого, рвущегося на свободу, чувства счастья хотелось выть, визжать, кричать, рычать… Она сейчас готова была обнять весь мир. Каждая тварь была любима. Волчица весело подскочила к застывшему человеку, с озорством лизнула того в нос, подхватила выпавшего было тушкана, лязгнув при этом зубами так, что мужчина закрыл глаза и брякнулся задницей на землю. А потом помчалась дальше, не слишком обращая внимания на кисловатый запах, расползающийся от темного пятна под незадачливым туземцем.

Темные своды пещеры слабо освещались тонким лучиком, ныряющим во мрак из дыры в скале. В светлом круге на полу, в который втыкался почти осязаемый луч, опрометью носились пылинки, выдавая с головой таящийся по углам сквозняк.