Книга Стая, страница 7 – Ольга Коротаева

— Что, решил человечинки отведать? – ехидно осведомился высокий молодой человек в простых холщовых брюках.

Он стоял, прислонившись к мощному дубу шагах в десяти позади волка, скрестив руки на мощном обнаженном торсе и постукивая по мокрой земле босой пяткой. Веселые искорки в зеленых глазах раздражали волка. Он фыркнул и потряс головой.

— Ну да, – подчеркнуто серьезно кивнул молодой человек, – от ребенка явно хотели избавиться, но это не повод нарушать традиции. Мы не вправе противиться воле богов. Потомок ли подкидыш рода шакти или это просто человеческий ребенок, он находится на алтаре, а значит, он под покровительством богов.

Зверь сел и озадаченно почесал задней лапой за ухом.

— В смысле? – удивился человек. – Ты уверен?

Волк обиженно отвернул морду. Ребенок, услышав человеческую речь, чуть притих, но лишь для того, чтобы собрать силы и ярче выразить взрослым свое недовольство.

Мужчина растерянно моргнул:

— Ух, голосина! Все правильно – женщина молчать не станет, не в её природе… Впервые нам подкидывают девочку. Странно… когда избавляются от лишнего наследника, понятно. Но девчонка-то кому помешала?

Зверь обрадовано вскочил на лапы и завилял хвостом.

— Нет, это не значит, что её можно съесть, – осадил его человек. Волк понурился и фыркнул. – Еще хвала Доросу, что в наши владения не смеют совать нос хищники, а то бы дитя давно растерзали волки.

Зверь мечтательно закатил глаза и облизнулся.

— Вообще странно, Врадес, – язвительно проронил человек, – ты известный любитель женщин! Я не знал, что у тебя к ним еще и гастрономический интерес. И вообще, хватит шкуру по кустам драть, возвращайся!

Волк, постоянно бурча, припал к земле, пошевелил задницей, приноравливаясь, и перепрыгнул через камень. В воздухе он умудрился перекувырнуться, как заправский циркач, и по ту сторону камня приземлился на две ноги уже не волк, а молодой мужчина. Он был так же высок, но еще более мускулист. Пепельные волосы собраны в хвост на затылке, оставляя свободной лишь седую прядь длинной челки. Ярко-синие глаза прожигали собеседника укором. На мужчине не было ничего.

— Да ладно тебе, – хмыкнул зеленоглазый. – Можно подумать, я тебя лишил единственной радости в жизни… или у тебя желудок разросся так, что заслонил собою совесть?

Он нагнулся, чтобы поднять с земли кусок холста, который бросил в руки собрата. Врадес недовольно сопя, натянул широкие брюки на длинные мускулистые ноги.

— Ну зачем тебе девка? – буркнул он. – Как будто в деревне их недостаток. Или решил свою вырастить?

— Брат, – печально покачал головой мужчина, как будто сокрушаясь, что ему приходится объяснять вещи, известные любому. – Закон придумали давно, до меня и до тебя, и не в наших правилах нарушать традиции предков…

— Да знаю, знаю, – недовольно поморщился Врадес. – Но Солдес, что мы с ней будем делать? Что может девчонка? И вообще, вдруг женщины не способны?..

— Кто знает, брат, – задумчиво покачал головой Солдес. – А вообще – это отличный способ узнать ответ на твой вопрос.

— Только уж очень хлопотный, – снова скривился синеглазый атлет под новую трель мокрого сверточка на камне.

* * *

Изящные пальцы мастерицы-Колины выпускают тонкие нити судеб, которые ложатся на землю затейливым рисунком и тут же попадают под бдительное око Водда. Холодный расчет Мороса режет сверкающую пряжу на куски. В действиях богов нет жестокости. Ведь даже безжалостная смерть соткана из паутины высшей любви. Слабые, ограниченные умы людей не в силах постичь замысел небес.