Книга Мой чужой папа, страница 103 – Ольга Коротаева, Артелина Грудина

— Осознал это только тогда, когда потерял тебя. Пришёл в квартиру, где без тебя и Николая всё смотрится мёртвым, холодным, совершенно непригодным для жилья. И вот, я смотрел на детскую кроватку и вдруг вспомнил, почему принял тебя на работу. Вместо того, чтобы выбрать одну из сотни профессиональных переводчиц, пришедших на собеседование, я обратил внимание на маленького воробышка.

Он протянул руку и нежно убрал с моего лица прядь волос.

— Уже тогда я увидел в тебе красивую и желанную женщину, но, когда подписывал документы, понял, что ты несвободна.

— А если бы была? Разве это отменяло то, что ты женат? Или для тебя приемлемо изменять супруге?

Я скривилась, представляя, что и в нашем союзе, Лео применит ту же модель семьи, что и в браке с Валентиной. Мне опять затошнило. Я представила, как был зачат Николаша. Даже голова закружилась, и я кажется, покачнулась.

— Ася, тебе нехорошо? — Леонид закутал меня в объятия. — Может, хочешь выйти на воздух?

— Нет, я... мне…

Я тяжело вздохнула и приняла решение быть откровенной с Леонидом. Хватит недомолвок.

— Я как подумаю, каким способом был зачат Николаша, становится дурно. Господи, это ведь мерзость такая!  Я думаю, он не должен знать о таком, никто не должен. Дети ведь должны рождаться от любви, а не так. Понимаешь?

— Николай и родился от любви, — мягко ответил он и прижал меня к груди. Я услышала учащённое сердцебиение мужчины. Он волнуется? — Не думай об этом, как о мерзости, ведь это наш ребёнок! Думай, как о красной нити судьбы. Да, наша любовь пришла… весьма необычным способом, и, признаюсь, мне тоже было не просто с этим смириться, потому я и тянул до последнего, чтобы рассказать тебе. — Он поцеловал меня в макушку: — Прости, что сбежал и не выслушал, что ты об этом думаешь. — Он отстранился и посмотрел мне в глаза: — Я ведь только с тобой и понял, что значит любить, Ася. Да, у нас не было привычных свиданий, но когда мы сидели ночами над проектом, я чувствовал себя счастливым. Когда мы понимали друг друга с полуслова на переговорах, у меня вырастали крылья. Ты не бойся моих измен, их не будет. Потому что я вкусил любви и теперь понимаю, чем она отличается от секса. — Он провёл пальцем по моей нижней губе: — Я люблю тебя, Ася.

У меня сердце рвалось из груди! Леонид сказал так много и так искренне и его объятия, его аромат парфюма, весь мужчина — я уже давно пропиталась им, вросла, запустила в свою жизнь, тело, душу. Мне безумно страшно признаваться, но не сказать еще страшнее.

— И я тебя тоже. — Мы оба потянулись друг к другу. Этот поцелуй был необходим, как глоток воздуха. Я не могла надышаться им,  а когда он прервался, еще долго смотрела в любимое лицо. — Нам нужно научиться разговаривать друг с другом и не скрывать ни планов, ни чувств.

— Согласен, — уголки его губ дрогнули. — И ставлю вас в известность, госпожа, что сейчас я намерен попросить у вашего отца руки его дочери. И что я счастлив этому безмерно и предвкушаю серьёзную битву с умным человеком, коим выглядит ваш батюшка. — В глазах его плясали смешинки: — Примерно так?

Я рассмеялась, а затем призналась, без всяких улыбок:

— Они знают, что Борис не отец Николая и что это твой сын, но рассказывать нюансы я не стала. Дала понять, что изменила мужу и ребенок результат служебного романа. История с красной нитью мне нравится, но давай ее оставим для нас, а родителей моих побережем?