Книга Не злите бабу Клаву, или Каждому дракону по тыкве!, страница 72 – Ольга Коротаева

— Не волнуйся, — кивнул он.

— И… — Я подалась к нему, шепнув: — Признайся уже Отонии, отец… Ой!

Прижала ладонь к губам и испуганно покосилась на короля. Хотя тот сделал вид, что не заметил оговорки, но выражение лица его стало кислым. Должно быть, его величеству было неприятно видеть, что его дочь настолько сблизилась с садовником, что называет его отцом.

— Мне пора, — Нэхмар поспешно поклонился в пояс. — Простите, ваше высочество, что больше ничем не могу быть вам полезен.

Ушёл стремительно, будто боялся задержаться даже на секунду, и тогда король обернулся. Наградил меня тяжёлым взглядом и тихо признался:

— Впервые позавидовал какому-то безродному бедняку. Неприятное чувство.

Я стиснула зубы, чтобы не ответить колкостью на его намеренный выпад в сторону Нэхмара. Ещё час назад, когда я была фанг Клавой, могла себе позволить высказаться, но теперь придётся исполнять роль принцессы Имиза, поэтому склонила голову:

— Простите, ваше величество. А теперь мне нужно привести себя в порядок… Могу ли я попросить вашу мантию?

— Твоя идея с неожиданным появлением мне нравится, — он отстегнул драгоценную пряжку, и мягкая ткань с шелестом осела на пол. — Прогуливаясь по саду, я надеюсь вскоре встретить свою давно потерянную дочь.

Он вышел, тщательно прикрыв за собой дверь, а я быстро сняла с себя испачканное погребальное платье и утопила его в гробу. Вряд ли кто-то будет копаться в дурно пахнущих удобрениях. Сама же забралась в бочку с отстоянной для полива водой и, лязгая зубами, принялась оттирать тело пучком соломы.

Самое сложное было вымыть волосы, но даже с этим я справилась. После взяла пузырёк с драгоценным тыквенным маслом и улыбнулась сквозь слёзы, вспомнив, как мы с Милой и Рыней вместе готовили его.

Моя милая дочурка учила дракончика молоть высушенные и поджаренные тыквенные семечки маленькими жерновами. Юный наследник, от усердия вынув кончик языка, шевелил лапками и рычал, когда не получалось, а потом менял ипостась, но в человеческом обличии ему тоже не удавалось делать, как надо.

Жмых мы залили прокипячённой водой, а затем в чан положили сито и пресс, чтобы потом слить тёмно-зелёное масло. Дети обожали добавлять его в тыквенную кашу, так получался приятный ореховые аромат и вкус становился лучше. А я использовала для кожи и волос.

Надеялась, что тыквенное масло и сейчас снимает с моей кожи раздражение. Поездка в гробу с удобрениями, увы, не прошла бесследно. У меня покраснело и жутко чесалось запястье. Как всегда народное средство помогло, и я закуталась в королевскую мантию.

— Кажется, я скучаю даже по Горэну, — вздохнула и вышла в сад.

На дрожащих ногах, шатаясь, я вышла из кустов прямиком на короля, окружённого придворными дамами в роскошных нарядах. Кутаясь в мантию, пролепетала:

— Ваше величество… Это я… Ваша дочь… Молю, простите!

И аккуратно, чтобы не разошлись полы накидки, осела на землю. Несколько секунд тишины я думала, что моя актёрская игра оставляет желать лучшего, как вдруг раздался душераздирающий визг, а потом его сменил крик:

— Принцесса! Её высочество вернулась!

— Моя дочь? — глухо проговорил король.

Его сценическому таланту оставалось лишь позавидовать. Впрочем, я это поняла ещё тогда, как узнала о постановочном изгнании Метэллы. После раздались охи-вздохи: