Книга Девочка Стального, страница 43 – Ольга Коротаева

— Ева, – схватившись за пылающую щёку, отшатнулся мужчина. – Зачем ты здесь?

— А где мне быть? – прошипела она.

От гнева её глаза засверкали, будто сапфиры, алые губы подрагивали, и порой показывались жемчужные зубки. Грудь вздымалась от частого дыхания… поднимая во мне бурю желаний.

Я невольно залюбовался девушкой.

— В тюрьме? За кражу огромной суммы, потому что ты попросил меня отправить то треклятое письмо? – едко цедила Ева. – Или в канаве вместе с другими бомжами, потому что ты переписал квартиру на мачеху и не удосужился мне об этом сказать? А может, ты ожидал увидеть меня в доме терпимости? Надо же заработать денег на еду для Златы, которой сказали, что её отец умер? Или мне самой тоже ползти на кладбище? Где мне быть, скажи!

В конце она сорвалась на крик, но тут же осеклась и опасливо обернулась на дверь. Я дёрнул уголком рта – боится напугать детей Дилары.

Григорьев съёжился, будто каждое слово девушки било его плетью. Терпел её гнев, словно заслужил его. И я не сомневался, что Юрий виновен. Он был исполнителем, за которым стояли весьма влиятельные люди. Кто именно – я и собирался узнать.

Прямо сейчас.

— Я предлагаю вам защиту, – объявил им и поднялся. – В обмен на информацию. Или…

Юрий с каждым моим шагом отступал, пока не коснулся спиной стены. Сглотнув, поглядел на меня, как кролик на удава.

Затравленно.

Завороженно.

С болезненной надеждой. И диким страхом.

— Или мне придётся прибегнуть к… – Выгнул бровь и многозначительно закончил: – Убеждению?

— Нет! – воскликнула Ева и повернулась к зятю. – Скажи ему всё, что знаешь.

— Эти люди… – начал Юрий и, захлебнувшись эмоциями, помотал головой.

Я скрестил руки на груди: похоже, Григорьев на грани срыва. Как и где он прятался всё это время, что испытал, меня не интересовало. А вот то, зачем мужчине приказали скрыться и не высовывать носа, было любопытно. Это ясно указывало на то, что Юрий знает нечто важное.

— Эти люди, – сурово проговорил я, – бросили вызов мне. Стальному. Кто-то хочет отобрать мой город, и я хочу знать противника. Не думаю, что это Каримов. Он такой же исполнитель, как и ты. Скорее всего, задачей капитана было водить меня за нос. Поскольку я часто к нему обращался по мелким вопросам и доверял.

Ева глянула на меня исподлобья.

— Больше не доверяете?

— Я пошевелил отдел внутренних расследований, – спокойно ответил ей, – потому и получил предупреждение, после которого нам пришлось переехать.

— Вы о взрыве? – побледнела Ева.

Юра вздрогнул, будто его ударили, и покосился на дверь, явно жалея, что поддался эмоциям и пришёл ко мне. Я знал, что он попытается сбежать, и не мешал. Когда Григорьев бросился к выходу, дверь распахнулась и на пороге каменной стеной застыл Назар. Зять Евы попятился.

Я нетерпеливо рявкнул:

— Говори, что знаешь! Кто ещё связывался с тобой? Кто передал ту флешку?!

— Нет, нет, – замотал он головой, по щекам мужчины заскользили слёзы. – Они заберут мою девочку. Мою Златочку… Я не могу!

— Юра, – сухо позвала его Ева. – Злату уже забрали. Твоя дочь в приюте и думает, что её все бросили. Разве не понимаешь?

— Это ты не понимаешь! – зарыдал он и заломил руки. – Они убьют её… Тебя уже попытались. Не стоило мне приходить! Я сделал это лишь для того, чтобы умолять вас забыть про ребёнка. Не трогайте её, пожалуйста! Пусть всё останется как есть, и никто не пострадает.