Онлайн книга «Моя любимая мачеха, или Она не твоя»
|
Жизнь вообще становится ярче и светлее, когда человек счастлив. Мила меня таким сделала, а я приложу все усилия, чтобы моя любимая женщина больше не грустила. К черту прошлое. Какая разница, кто стал у Милы первым мужчиной, главное, что любит она меня. Завоевать сердце гораздо важнее, чем тело. Глава 45. Роман Я поднял стакан и выругался: — Блять, он снова пуст! — Протянул Яромиру: — Налей! — Хватит, Ром, — снова попытался осадить меня друг. — Уже утро, тебе на работу, а ты в стельку. Я вырвал из его рук бутылку и налил золотистой жидкости до краёв, по прозрачным стенкам потекли ароматные капли, распространяя по воздуху запах односолодового виски. Я со стуком отставил бутылку и, обливаясь, залпом выпил спиртное. — Знаешь, — скривился, покручивая в пальцах посуду, — никогда не думал, что увижу отца таким. Поставил стакан на стол и посмотрел на Яромира: — Папа всегда был… — Я стукнул себя в грудь: — С камнем тут. Я не помню, чтобы слышал от него что-то вроде «молодец, сынок», «ты замечательный ребёнок», «я тобой горжусь»… — Будто я от своего слышал, — фыркнул друг и вылил остатки виски себе, чтобы мне не досталось. Опрокинул стакан и тоже отставил. — Мне кажется, наши отцы вкладывали в нас миллионы и ждали в ответ того же… — Миллионов? — зло рассмеялся я. — Так я их принёс! Значит, мы не дети, а инвестиции, которые должны окупиться и приносить доход? — Примерно, — он поморщился и посмотрел на сотовый, где на заставке были девичьи ноги. Я знал, чьи. Бедняга, он даже лицо своей девушки не может показать. — Дело не в этом, — помотал я головой. — Конечно, отцы наши не розовые зайчики. Такие не смогли бы удержать бизнес на том уровне, где мы сейчас. Я о том, что думал, папа не может любить. Не умеет чувствовать. Так было с мамой, так стало со мной. Но Милена… Голос предательски дрогнул, и я закрыл глаза, сдерживаясь. Как хотелось разнести всё вокруг! Крушить, пока не исчезнет боль, которая поразила меня при виде пары в спальне отца. Когда я сорвался ночью и, желая уговорить Милу сбежать со мной, увидел сплетённые тела на смятых постелях, услышал двойное «люблю». Я был раздавлен. — Так, всё! — Яромир поднялся и, встряхнув меня за грудки, заставил встать. — Надо тебя привести в порядок. Он потащил меня в ванную комнату, где сунул в полупрозрачную кабину прямо в одежде. Закрыв дверь, включил циркулярный душ. Пока я, дрожа от ледяной воды, разобрался с упарвлением, немного протрезвел. Вывалился наружу и замахнулся на друга: — Ах, ты… — Ну, давай! — отскочил он в сторону. — Двину тебе ещё разок, может, мозги на место встанут! Я поскользнулся и, процедив ругательство, растянулся на полу. Яромир придавил меня своей массой и навис сверху: — Она не твоя, Рома. И никогда не будет. Милена любит своего мужа и твоего отца. Смирись, ты же мужчина! — Не могу, — зажмурился я. По щеке всё же скользнула горячая мокрая гадость. — Я люблю её… — Любить и ломать разные вещи, — назидательно продолжал друг. — Если любишь — найдёшь в себе силы отступить и позволить любимой быть счастливой. Если чувства твои сильны. — Ой, да кто бы говорил? — скривился я. — Тот, кто боится девушку отцу показать? — У нас свадьба сегодня, — неожиданно признался Яромир. — Будешь свидетелем? Праздника не будет, мы просто распишемся. Я не хотел никому говорить, но раз так получилось… |