Книга Проданная невеста, страница 120 – Анна Завгородняя

Бабушка Ортелла, как я величала ее про себя, оказалась просто идеальной леди. Ее манеры за столом были безупречны в отличие от взглядов, которыми женщина награждала то меня, то своего внука.

Рейн воспринимал родственницу очень спокойно и это несмотря на то, что она ему отчаянно не нравилась. А я пыталась понять эту леди по манере ее речи и взглядам. Увы, большее от меня пока было скрыто. Но и увиденного вполне хватало, чтобы составить портрет Ортеллы Риверс.

— У вас добротный старый дом, - сказала леди. – Но прежний владелец запустил фасад. Давно пора привести его в порядок. Со стороны дороги все это смотрится неприлично. Я бы на вашем месте вырубила весь плющ на северной стороне башни. Да, конечно, он украшает здание, но, поверьте моему опыту, несет в себе корень разрушения. И если не вы, то ваши дети, на себе испытают прелести действия природы.

Рейн подавил улыбку.

— А еще главный зал, - продолжила бабушка Ортелла. – Потолки давно надо почистить. Как и пол. Мрамор нуждается в тщательном уходе. Просто кощунство оставлять его в таком неприглядном виде! Необходим хороший маг – бытовик, а еще лучше несколько, потому как остальные залы, я еще не видела, но почти не сомневаюсь, не в лучшем состоянии.

— Мы, - Рейн прокашлялся, - разберемся, - добавил он почти мягко.

— Надеюсь, - Ортелла бросила на внука внимательный взгляд и принялась нарезать мясо.

— Что у нас еще показалось вам не таким, как надо? – не удержался муж.

Бабушка его слова восприняла не как сарказм, потому что тут же принялась перечислять отсутствие манер у прислуги, отвратительного вида люстру в своих покоях, а также ужасно вычищенный камин, в котором темнели, по ее мнению, остатки пепла прошлой весны. Еще ей не понравилась подъездная дорожка. Смутила аллея, бросавшая ненужную тень в ненужном месте, и пустошь, видневшаяся в окно.

— Отвратительный пейзаж. Вам просто необходимо пригласить хорошего садовника и разбить добротный сад, - сказала она с самым важным видом.

— А нам нравится вересковая пустошь, - улыбнулась я.

Леди Ортелла нахмурила брови.

— Пустошь, как и пустоту, надо заполнять, - сказала она.

Рейн пригубил вина и, поставив бокал на стол, взглянул на свою родственницу.

— Лучше расскажите о себе, - предложил он. – Я не видел вас лет этак…

— Достаточно для того, чтобы я едва вспомнила твое лицо, Рейн Риверс, - ответила бабушка Ортелла. – И сразу скажу, что не станут извиняться за отсутствие нашего общения. Я никогда не одобряла твое появление на свет. Мой сын, - тут она сделала паузу, - мой сын сделал много ошибок и увы, уже их не исправит, как и не подарит мне другого внука.

— Очень… - Рейн сделал над собой усилие, - честные слова.

— Я всегда говорю то, что думаю. Это лучше, чем сидеть, смотреть на человека, рассыпаясь в приятных словах и комплиментах, а потом шептаться за его спиной и говорить гадости, - ответила женщина.

— Это называется этикет, леди Ортелла, - мягко заметила я.

На меня тут же взглянули холодные глаза.

— Моя милая графиня, - почти нежно сказала бабушка Рейна, - я уже не в том возрасте, когда слепо следуют этикету. И, полагаю, заслужила право говорить то, что думаю. Мое положение в обществе позволяет мне говорить откровенно.

Я улыбнулась. Бабушка Рейна нравилась мне все меньше и меньше, хотя не могу не признать, что ее откровенность мне импонировала. Так будет проще узнать у нее о леди Катерине.