Онлайн книга «Яга и хрустальная гора»
|
— Но можно же как-то снять чары, - упрямо повторил Иван. Не верил, что все околдованы навечно. Не бывает такого. Если только чары не наложены проклятием каким. Хотя, и в том случае можно снять. Лишь вопрос времени. И силы того, кто пытается то сделать. — Можно, - кивнув, согласилась Василина, продолжая негромко, - Но прежде, чем чары с нее снимутся, сняты должны быть они с Ягелло и красавицы, что в хрустальной горе спит. А это непросто. Если не сказать - невозможно. — И в чем же трудность? Всё-таки озвучил вопрос, не дающий покоя. Разобраться пытался. Странностей много. Необъяснимого… — Заклятие наложено в сердцах оскорбленной девицей, - глухо ответ Ягелло прозвучал, а короткий взгляд на Василине задержался. - Только она и может их снять теперь. А она сама заколдована. Пока не расколдуется… Она… Василина? Или именно Василина знает ту, которая… И снова вопрос без ответа. С ума сойти можно… Сколько уже в землях этих находится, а тайн и необъяснимого меньше не становится… — Кто расколдовать может? Девицу имел ввиду. Пока. Дальше видно будет. Время идёт, задачи, что себе ставил из земли отцовской уходя, нерешенными оставались. — Тот, кто поцелует, - последовал ответ самой Василины. Всего-то? Вот тут искреннее недоумение на лице Ивана отразилось. Поцелуй сорвать с губ девичьих не преступление. Всё наказание - от самой их обладательницы пощёчину в отместку, коли без спросу, получить. — И, что, до сих пор не нашлось желающего? - не удержался от вопроса вслух. — Не все так просто Иван, - снова заговорил Ягелло, до того внимательным слушателем оставаясь. - У девицы душа светлая, внешность мрачная. Не находится желающего. Да и не просто поцелуй должен быть. Чувства искренние. Вот как случится искренний поцелуй, так и падут чары с Любавы, а следом и с той, что в сердцах заклятие, того сама не желая наложила. Запутанно, ничего не скажешь. С другой же стороны, если последовательно решать… Получиться все должно. Желание было бы — Ну, а твое проклятие в чем заключается? - осторожный вопрос Ивана прозвучал. Ответил Ягелло не сразу. На девушке, косу заплетающей, взгляд полный любви и нежности с безысходностью перемешанной задерживая. Вздохнул с тенью обреченности. — С первыми лучами солнца обращаюсь в серого волка, - вслух произнёс. - Вход в пещеру стерегу. А Любава моя в гробу хрустальном спит. Как наступает тьма, человеком становлюсь. Но даже поговорить не можем. Не видит никого и ничего. Сидит, в косу ленту вплетает. Вот оно, как. Понятно хоть что-то становилось. И тут на память Ивана пришла та самая встреча в пещере, когда волчара серый наброситься пытался. Неужто не помнит? Или сущность свою звериную в мире зверья тоже оставляет, как человеком становится? — Быть такого не может, чтобы нельзя было ничего сделать, - вопросов лишних пока задавать Иван не стал. - Чары снять, - продолжал, размышляя явно над чем-то. - И ежели ты человек… — Человек, да только в волка обращающийся, - повторил Ягелло, шаг в сторону Любавы делая. - Снять колдовство можно. Но наложено оно самим Кощеем. Чтобы девицу, которую желает, не мог у него забрать. Итак, прав оказался. Нет нерешаемых проблем. Вопрос лишь в том, в какой последовательности и… — И… - протянув медленно, смолк настороженно Иван. |