Книга От винта, господин дракон!, страница 10 – Елена Владимировна Добрынина

Но что было делать? Я вздохнула, сгребла документы, положив свои, родимые, сверху и с некоторой опаской подошла к законному месту обитания местного ящера… Как там его… дагон Фаррийский, кажется.

Постучавшись для приличия, я растянула губы в самой приветливой по моему мнению улыбке, набрала в грудь побольше воздуха и открыла массивную дверь.

И тут же закрыла. И сразу же зажмурилась и замотала головой, отгоняя от себя на удивление четкую галлюцинацию. Разумеется, это глюк. Я просто переволновалась. Потому что такого не может быть… Конечно, не может… Стойкий запах керосина я решила проигнорировать.

Вдох-выдох, и я снова распахнула дверь, правда, теперь, подозреваю, улыбка моя приобрела некоторый оттенок безумия.

Нет, мне вовсе не померещилось — за массивным столом, прямо напротив меня, восседал ящер. Знакомый ящер. Ну очень знакомый ящер. И неотрывно разглядывал меня своими холодными гляделками — сначала сверху вниз, потом снизу вверх..

— О, что-то давно тебя не было, — слегка оживившись, сообщил он мне, будто мы с ним каждый вечер тут в картишки перекидываемся.

— А… где ректор? — спросила слегка растеряно.

Драконьи губы растянулись в крайне ехидной улыбке.

— Перед тобой, — глаза-ледышки сверлили меня не слишком добрым взглядом, даже не моргали. — Слушаю внимательно.

— Врете, — испуг как-то быстро сменился раздражением. — Что у вас вообще за привычка в чужих кабинетах засады устраивать?

— Уверена? — бархатным голосом опереточного соблазнителя вопросил ящер. Взгляд его при этом не потеплел ни на волос. — Давай так… Если я вру..

— Дагон Алирийский совершенно прав, — прошелестел чей-то голос.

И я вздрогнула, только сейчас заметив, что в комнате, помимо нас с «примороженным» ящером, находится еще один — тот самый Дартен Фаррийский, просто его костюм темных оттенков зеленого удивительным образом сливался с этого же цвета шторами.

— Приказ о вступлении в должность ректора был подписан несколько часов назад, — тихий вкрадчивый голос водного чешуйчатого убаюкивал.

— Дарт, кто тебя просил влезать с пояснениями? — проворчал Алирийский. — Верное дельце было…

— Разве я могу упустить возможность и не сделать мелкую пакость старому другу? — довольно жмуря зеленые глаза, ответил черноволосый и снова вернулся к созерцанию пейзажей за окном, предоставив мне любоваться его прямой спиной и длинным, холеным драконьим хвостом на затылке. Почему драконы так любят этот элемент прически, мне совершенно непонятно. Но хвост этот — вещь совершенно неотделимая от драконьего образа, как змеиные глаза и их любимые костюмчики.

«Льдистый» вовсе не обиделся, фыркнул подозрительно довольно и снова обратил свой неуютный взор в мою сторону.

— Что там у тебя?

Я же в это время отчаянно пыталась сообразить, правда ли это или какой-то несмешной драконий розыгрыш. И что, ящер меня сожри, мне делать, если этот… Алирийский и вправду теперь глава инженерки. И потому просто положила перед ним всю стопку документов.

Дракон очень по-деловому прищурился и придирчиво пробежал глазами первые несколько листов. После этого я навсегда отбросила мысль о том, что чешуйчатым можно подсунуть на подпись какую-нибудь липу.

— Джулия Хоуп, значит? — очень задумчиво, очень спокойно произнес ящер.

— Да, — подтвердила зачем-то, — Ли Хоуп, — и подняла на него глаза.