Книга Сказки Королевства. Часть 1, страница 75 – Елена Владимировна Добрынина

Он встревоженно смотрел то на Мэб, то на Иллойэ до тех пор, пока первая, поддавшись совершенно ей не свойственному девчачьему восторгу, ахнула:

— Потрясающий лун, Ойхо. Я даже не думала, что он такой красивый..

И-Драйг-Гох сразу же развеселился, загарцевал вокруг, и внезапно, забавляясь, боднул Мэб головой в плечо. Раздался приглушенный низкий смех, и девушка внимательно посмотрела на луна, пытаясь понять, как он исторгает из себя подобные звуки. Лун в ответ посмотрел на Мэб темными, почти черными глазами, фыркнул, и через мгновение пришло понимание — луны умеют передавать мысли. Зверь кивнул и побежал дальше, к стоящим рядом мужчинам. По дороге ловко вывернулся от объятий подбегавшего к нему Альма и слегка щелкнул того по лбу самым кончиком хвоста. Потом Ойхо долго о чем-то говорил с Ллойдом, Аодханом и Иллойэ. То есть они говорили, а он смотрел на них внимательно, время от времени поворачивая голову на бок или мотая ей туда-сюда. Наконец, он кивнул, крикнул громко, предупреждающе. Площадка снова опустела, а лун расправил плотные серые крылья, разом чуть ли не вдвое увеличившись в размерах, подпрыгнул, взмахнул ими и сначала тяжело, а затем все более уверенно поднялся в светло-голубое утреннее небо. Покружил над лагерем вместе с ястребами и огромной быстрой тенью заскользил в даль на Туманом.

Исследователь вместе с дочерью Хранителя отправились в лабораторию. Мэб же предстоял целый день в обществе подрастающего менестреля. И начать его она снова решила с разминки, несмотря на активные протесты подопечного и его же сомнительные опусы.

— Два штрафных круга, — вынесла вердикт Мэб, выслушав очередной слепленный на скорую руку шедевр, повествующий о деве-воительнице с каменным сердцем.

— За эту чудесную балладу?

— Ммм… ты прав, тогда четыре.

После тренировки они с Альмом пошли в лабораторию. Мэб думала пристроить мальчишку там к самой нехитрой работе, но быстро стало ясно, что он для этого совершенно не подходит. Подросток обладал какой-то невероятной способностью везде, где появлялся, оставлять после себя хаос. И ведь даже не скажешь, что делал это специально или что был неуклюж. Наоборот, пробирки взялся мыть рьяно, споро, но состав для мытья из совершенно обычных составляющих умудрился развести такой, что стекло не то, что не очищалось, а как морозными узорами покрылось, да еще и просыпал так кое-чего, по мелочи, на пол. А как убирать стал, вместе с пылью выудил из-под тумбочки странного вида жука. И не просто выудил, а исхитрился случайно, по красивой дуге, закинуть его точнехонько в широкогорлую колбу, над которой сидели Аодхан и Иллойэ, один за другим добавляя туда то один, то другой ингредиент. Данный жук в их состав явно не входил. Работа временно встала, а Альм услышал много новых и интересных выражений от господина Ибдхарда и даже попытался было записать особо заковыристые обороты, но не глянув, выбрал для этого совершенно не подходящее место — отчет для эйяра Ариллиана, который начала было писать Мэб. На этом месте терпение покинуло даже бывшую десятницу, и Альм чуть ли не за ухо был выдворен из палатки. Вместе с ней самой, конечно.

На свежем воздухе парнишка явно чувствовал себя более комфортно. Оживленно болтал, трещал так, что у Мэб почти разболелась голова. Они как раз почти дошли до Стена Тумана.