Книга На той стороне, страница 31 – Елена Владимировна Добрынина

Свернув к Исаакию, Аня заметила, что здесь праздношатающейся публики было меньше. Дошла по Малой Морской улице до гостиницы «Англетер», остановилась, чтобы хоть минутку полюбоваться на главный фасад и заодно перевести дух. Там ее вновь настигло чувство, будто она под колпаком, и кто-то за ней наблюдает. Но она отмахнулась и решила, что должна как можно скорее добраться до особняка на Галерной.

Холодный октябрьский ветер дул в лицо, но на удивление, ей не было холодно в накидке, которую любезно ей предоставили. То ли состав был хороший, то ли еще что, но салоп грел неплохо. От ветерка была и польза. От дождя не осталось и следа, а на небе появились голубые проплешины, через которые периодически выглядывало осеннее солнце.

Аня глубоко вдохнула, зажмурилась, подставляя солнечным лучам лицо. Постояла так с минуту и поспешила дальше — бороться за место гувернантки для сына графа Ильинского.

На Галерной улице, куда свернула Аня, миновав арку между зданиями Сената и Синода, было гораздо тише. Там находилось уже меньше лавок и магазинов, а на правую нечетную сторону вообще выходили «задники» домов с Английской набережной. Парадные здания богатых дворцов смотрели на Неву, а более скромные корпуса и флигели выходили на Галерную. Аня помнила, что там испокон проживали самые знаменитые и богатейшие семейства столицы. По левой же стороне Галерной улицы строились дома попроще. Среди них приютился и особняк Тереповых, проданный, как сказал Порфирий Игоревич, несколько лет назад графу Ильинскому.

Двухэтажный дом будто бы и не изменился вовсе, только выглядел он гораздо ухоженнее, нежели в веке XXI. Выкрашенный свежей голубой краской, с рустованным первым этажом и небольшим балкончиком по центру здания, особняк выглядел уютным и каким-то домашним, что ли. «Будет очень жаль, если его снесут», подумала Аня. Поэтому она сделает все, что в ее силах, чтобы дом устоял на месте. Справа, все на том же месте располагалась проездная арка и рядом с ней прекрасная резная деревянная дверь с тяжелыми бронзовыми ручками, которая вела на парадную лестницу. Над дверью Аня увидела кованый козырек, который защищал гостей от дождя.

Аня стояла через дорогу и любовалась домом. Как же он красив, как сверкают на солнце стекла окон. Видимо, в доме следили за чистотой и состоянием ремонта. Ничем другим она не могла объяснить то, что выглядел этот довольно старый особняк ничуть не хуже, чем новые пяти-шестиэтажные дома, которые видела она немного раньше. Разве что отделан немного старомодно для 1912 года в классическом стиле.

Аня охватило волнение. Казалось бы, она уже адаптировалась здесь, пока шла от Рождественской улицы почти час через весь город. Но одно дело привыкнуть к странной обстановке на улице и совсем другое — идти в чужой дом и играть роль. Но без этого ей не проникнуть в дом и не выполнить задание, какое было поручено Порфирием Игоревичем. Вспотели ладошки, и Аня украдкой вытерла их о юбку. Так, соберись с духом, подбадривала она себя. Ведь, на тебя одна надежда. Если ничего не выйдет, то через два дня дом снесут и тогда этот красавец будет разрушен. Да и Порфирий Игоревич пострадает, оставшись без портала. Нет, пора идти, как бы страшно не было. Аня глубоко вдохнула и, решительно сжимая в одной руке стопку книг, а в другой держа дамскую сумочку-мешочек, направилась к парадному крыльцу.