Книга Кровью и жизнью, страница 169 – Елена Владимировна Добрынина

Оказалось, я совершенно зря пыталась ночью битый час восстановить в памяти облик старшего следователя. Ибо всю следующую неделю его светлый лик не сходил со страниц газет и журналов. Именно он выдавал сотрудникам прессы информацию о расследовании покушения на миста Флетчера. Крайне скупую и весьма неохотно, надо сказать. Только то, что личность огненного мага опознали. Им стал студент магической академии с весьма нестабильной психикой. В течении нескольких недель специальная комиссия должна была принять решение о целесообразности выжигания у него магии. Идеальная кандидатура для психологической и ментальной обработки.

— Хм.. — как-то вечером произнес Эверт, взяв газету с портретом Лестера, — выглядит так, как я его и представлял: молод, бледен, интересен. Именно таких следователей юные девы, начитавшиеся романов, бегут спасать от грозящих их опасностей.

— Откуда ты.. в смысле, с чего ты взял? — тут же набросилась я на самозваного разоблачителя, надеясь, что уши мои надежно прикрыты прической и не выдадут моего смущения.

— А, нет, не угадал? Надо же.. — дурашливо удивился тот.

Я только губы поджала, но по десять раз на день совать нос во все подряд печатные издания прекратила. А скоро и вовсе стало не до этого.

Как-то поздним вечером в дом вернулся Джеймс. Мы немного удивились, поскольку именно сегодня его не ждали. Иногда он задерживался в мастерской и тогда предпочитал ночевать в квартире на Янтарной. Еще больше мы озадачились, когда увидели, в каком он прибыл состоянии. На щеках его цвел лихорадочный румянец, глаза блестели, а их выражение... Раньше я видела подобное только у любимой собачки нашей соседки, мэм Хиггис. Однажды эта болонка самых благородных кровей, которая могла похвастаться самым шикарным собачьим меню в округе, была поймана с поличным в помойном ведре, где, похрюкивая от восторга, поедала остатки запеченной утки. Когда мэм Хиггис принялась отчитывать негодницу, та смотрела на нее совершенно так же: мол, сознаю глубину своего падения, но ничего не могу с собой поделать.

Джеймс отказался от позднего ужина, велел только подать отвар в его кабинет и, глядя на нас, произнес:

— Нам нужно поговорить. У меня появились важные новости.

Переглянувшись друг с другом, мы прошествовали вслед за хозяином дома в его комнаты.

В кабинете артефактор первым делом подошел к столу, на который горничная только что поставила поднос с отваром и залпом осушил одну из чашек.

— Я нашел человека, который может обучить Марту азам магии крови... — приступил он сразу к делу. Мы замерли. В воздухе повисло такое осязаемое «но», что его можно было мазать вместо масла на бутерброд.

— ... но у него есть встречные условия. — тщательно подбирая слова, закончил Джеймс.

— И это не деньги, — скорее утвердительно, нежели вопросительно заметил Диксон.

— Не деньги. Услуга.

— Какого рода? — о взгляд менталиста можно было уколоться.

— Он пока не назвал. Но... — Филлион замялся, затем как-то нелепо приложил ладони к лицу и растер пальцами виски, — боюсь, я наговорил ему лишнего. Совершенно не понимаю, как так вышло … я и не собирался.. не ожидал, — растеряно зачастил он.

Эверт нахмурился, подошел к артефактору сбоку почти вплотную и положил одну ладонь ему на лоб, а другую на затылок. Замер ненадолго, затем снял руки и отошел в сторону.